b_n_e (b_n_e) wrote,
b_n_e
b_n_e

93-летний Манолис Глезос продолжает бороться

The Financial Times, Великобритания
93-летний Манолис Глезос продолжает бороться за Грецию
Некогда старейший член Европейского парламента объясняет, почему борьба за автономию Греции не закончена
04.09.2016

Ханна Робертс (Hannah Roberts)
В горном селе Апиранфос на острове Наксос, одном из островов Киклады, нет таких формальностей, как названия улиц. «Просто спросите мой дом», — советует мне Манолис Глезос (Manolis Glezos), борец сопротивления времен Второй мировой войны.

И действительно, все знают дом самого знаменитого уроженца Апиранфоса — тот, что рядом с булочной. Я иду по запаху мимо церкви, высеченной в скале, вверх по белым извилистым мощеным проулкам, блуждая среди бугенвилей — и оказываюсь там, откуда доносится аромат традиционного хрустящего хлеба псоми.

Глезос (считающийся в Греции героем, потому что в 1941 году он оскорбил фашистских оккупантов, поднявшись на афинский Акрополь и сорвав флаг со свастикой) уже строчит заметки для своей новой книги, сидя на своей увитой виноградными лозами каменной террасе. Этот акт сопротивления оккупантам, за который был он заочно приговорен к смерти, вдохновил участников сопротивления по всей Европе.

Этот 93-летний человек — с длинными седыми волосами, усами и в рыбацкой кепке, всю свою жизнь посвятивший борьбе за свободу и проведший 12 лет в тюрьме за участие в борьбе с фашизмом, а затем против установившихся военных режимов — типичный революционер.

Летом прошлого года Глезос, бывший старейшим депутатом Европейского парламента, где он представлял леворадикальную правящую партию Сириза (и в котором также немало националистов и неонацистов), вышел из его состава. В январе он извинился за то, что доверял премьер-министру Греции Алексису Ципрасу — после того, как правительство договорилось о предоставлении ему болезненного для страны третьего транша в рамках финансовой помощи.

«Я не расстроен — я взбешен», — говорит он. Глезос утверждает, что Греция не должна возвращать долги, исходя из того, что Германия должна (хотя это спорный вопрос) Афинам один триллион евро в качестве возмещения ущерба, причиненного в военное время.

Сидя на складном парусиновом кресле с самодельным пюпитром на коленях, он размахивает руками, как будто дирижирует оркестром. «Это Германия нам должна, — говорит он. — Что бы я сделал? А то же, что делал всегда — никогда не поддавался иностранной власти». По мнению Глезоса, надо потребовать, чтобы все осталось, как есть — сделать паузу, не отдавать и не брать денег, пока в греческой экономике не восстановится равновесие.

Глезос с женой Георгией живут в скромном доме, в котором всего одна спальня. У него двое детей — сын Никос, физик-ядерщик, и дочь Мария — учительница. Он упорствует и говорит, что расскажет о себе, когда у него будет время. «Подожди», — повторяет он, демонстрируя сдержанность и неспешность человека, за плечами которого жизнь длиною почти в целое столетие.

Он родился в этом селе, где из тысячи живущих в нем человек шесть семей носят фамилию Глезос («наша — самая большая»). Дом с каменным полом, который принадлежит ему уже 20 лет, отличается строгой, спартанской простотой. На стене спальни прибито перуанское одеяло, а железная кровать накрыта деревенским покрывалом.

На огромном камине стоят железный пестик и ступка, кофейник и традиционная кофемолка. Среди черно-белых фотографий, украшающих стены, есть и портрет его деда в традиционной феске.

Дед Глезоса пас коз, хорошо знал народную медицину и занимался врачеванием. Его метод вправления вывиха бедра был, мягко говоря, необычным — он сажал больного верхом на лошадь (которую до этого три дня кормили соленым зерном и не поили) и связывал ему ноги внизу. «Лошадь ошалевала. Но ее живот раздувало, и сустав вставал на место».

По этой «медицинской» традиции семья Глезоса хотела, чтобы он стал врачом. В возрасте 13 лет он отправился в Афины, где после занятий в школе подрабатывал в аптеке. Но, несмотря на это, семья не могла платить за его учебу в медицинском институте, поэтому он стал изучать экономику.

Политиком-радикалом он стал случайно. Парень начал учиться, приехав с одного из островов архипелага Додеканес, аннексированных Муссолини, который ввел политику итальянизации. «Мы с четырьмя мальчиками кровью поклялись освободить Додеканес от фашистов».

Вскоре после этого они увидели, как учитель сжигает коммунистические книги, и из любопытства решили найти другие экземпляры. «Оказалось, что мы согласны с идеями коммунистов. Так наша группа прониклась патриотическими и антифашистскими идеями — причем их нам никто не разъяснял».

Поскольку когда началась война, они были слишком молодыми, чтобы воевать, они создали небольшую независимую группу сопротивления. «Делать бомбы мы не умели, но мы что-то мастерили, используя бензин и химические вещества из фармацевтической лаборатории».

Когда в апреле 1941 года фашисты оккупировали Афины, они водрузили над Акрополем огромный флаг со свастикой. Глезос со своим другом Апостолосом Сантасом решили снять флаг, так как он «оскорблял все человеческие идеалы».

В книге, взятой в библиотеке, они прочитали о пещере, ведущей к вершине Акрополя — она служила тайным ходом, который использовался в древние времена. Ночью они ждали несколько часов, чтобы забраться на 15-метровый флагшток и сорвать флаг. Глезос вспоминает, как перепугана была его мать, ожидавшая его возвращения. «Где вы были?»— спросила она. Я протянул ей кусок флага. Она ничего не сказала, а только обняла меня и поцеловала. Она все поняла».

На протяжении четырех десятилетий Глезоса много раз бросали в тюрьму — немцы, итальянцы, а затем греки — когда к власти приходили то правые, то военная хунта. Его подвергали пыткам и сажали в карцер. «Говорят, чтобы выжить в тюрьме, надо любить себя, есть и читать. Я же никогда себя не любил, не очень думал о еде, но постоянно читал».

На деревянном стеллаже и на столе рядом с огромным мобильным телефоном модели 1980-х годов аккуратно сложены книги в твердом переплете о древнегреческих и более современных философах.

В одной из опубликованных Глезосом многочисленных книг он рассказывает о своем младшем брате Никосе, который был казнен фашистами в 1944 году за участие в движении Сопротивления. Эта трагедия окончательно определила судьбу Глезоса. Всю свою жизнь он продолжал бороться за свободу, продолжая дело своих погибших товарищей.

После того, как в 1943 году немцы ушли из Греции, Великобритания, опасаясь захвата власти коммунистами, выступила против своих союзников-партизан, что чуть не привело к убийству Черчилля. Товарищи Глезоса задумали устроить взрыв в британском штабе — сам Глезос протягивал провод взрывателя через канализацию под зданием. Но перед самым взрывом неожиданно прибыл Черчилль. Вспоминая события тех дней, Глезос тихим голосом говорит: «Я тогда подумал, что нехорошо убивать одного из "Большой тройки"».

Деревянные ставни не пропускают внутрь дома яркий солнечный свет, и гостиной служит заросшая зеленью терраса. Пока я была в гостях у Глезоса, несколько раз приходили его друзья, чтобы выпить крепкого кофе. Он извиняется за то, что грызет хлебную соломку — у него диабет. Несмотря на свой возраст, он остался верен своему призванию бороться за греческую независимость.

В 2011 году против 89-летнего Глезоса и других участников демонстрации, выступавших с осуждением политики жесткой экономии, был применен слезоточивый газ. В 2014 году он был избран в Европарламент, набрав 430 тысяч голосов — больше, чем практически какой-либо другой кандидат.

По словам Глезоса, он вначале поддерживал ЕС, «но не эту политику — автократию, диктатуру. Если бы флаг ЕС развевался в нашем селе, я бы сегодня же его сорвал».

Почему же он тогда пошел работать в организацию, которую называет недемократической? Глезос говорит, что ему удалось повлиять на процесс перемен изнутри. В своем прощальном выступлении в Европарламенте он процитировал строфы из Еврипида на древнегреческом языке, в которых Тесей объявляет Афины свободным городом — свободном от тирании, городом, которым правит не один человек, а много людей.

Он и не думает сбавлять темпы. В следующем году Глезос собирается опубликовать четыре книги — в том числе книгу о социальной мобилизации и историю сокращений. Поразительно, но он планирует издать еще 37 книг. «Надеюсь, что проживу достаточно долго», — говорит он. «Жизнь задолжала ему 12 лет — это те годы, которые он провел в тюрьме», — добавляет Георгия.

Глезос дважды был мэром Апиранфоса — в 1997-1998-х и 1998-1999-х годах, когда он пытался все решения принимать в духе прямой демократии — как в Древних Афинах. В его спальне помимо прочего висит карта Древнего мира — в том числе и карта его родного острова Парос. Рядом с ней висит советский плакат.

Когда он провожает меня до выезда из села, и мы проходим мимо кафе Manolis Glezos, из окна высовывается женщина и кричит: «Тысяча благословений! Пусть Пресвятая Богородица защитит вас». Защита Пресвятой Девы ему пригодится — ведь он, по его словам, единственный греческий политический деятель, которого не охраняет полиция.

http://inosmi.ru/social/20160904/237733784.html
Subscribe

  • Законы жанра?

    Русское географическое общество и Министерство науки и высшего образования России 30 апреля 2021 года заключили соглашение о сотрудничестве.…

  • Поправка на побочную смертность (учет роста продаж пальмового масла)

    Смертность от COVID через общую вычисляют Но есть и другие факторы В частности - рост потребления в РФ пальмового масла Пора учитывать…

  • Радио СВОБОДА

    Казалось бы повесили в общественном месте бумажные плакаты Допустим причинили материальный ущерб Можно штраф заплатить А уголовка то за что?…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment