b_n_e (b_n_e) wrote,
b_n_e
b_n_e

Categories:

Принуждение к жизни?!

Svenska Dagbladet (Швеция)
11.06.2019111542
Юсефин Хольмстрём (Josefin Holmström)
В прошлые выходные умерла Ноа Потховен (Noa Pothoven), 17-летняя девушка, которая еще ребенком подвергалась сексуальным домогательствам и насилию. Несколько лет она боролась с тяжелой психологической травмой, страдала от депрессии и пищевых расстройств, и вот, наконец, сил не осталось. Новость о ее смерти вызывала настоящую бурю по всему миру. А все потому, что поначалу сообщалось, что умереть ей помогли в одной клинике в Нидерландах, где разрешена эвтаназия для детей старше 12 лет — в случае если родители не возражают.

Это оказалось неправдой: Ноа действительно обращалась в клинику с этой целью, но ей отказали. А умерла она дома, после того как перестала есть и пить. Ее родители, посоветовавшись с врачами, решили не вмешиваться.

Так что случай Ноа Потховен оказался иным, чем представлялось вначале. Но он еще раз привлек внимание к проблеме эвтаназии: должна ли она быть законной, и если да, то для кого и при каких обстоятельствах?

Многие борцы за право человека самому решать, жить или умереть, упоминают мучительные физические заболевания: тяжелые формы рака, хронические боли, разные другие неизлечимые недуги. Они говорят о пожилых людях, которые вступили в заключительный этап жизни и неуклонно движутся к ее концу. Но и это еще не все. Уже сейчас существует возможность покончить жизнь самоубийством в специальных клиниках, если человек страдает от психического заболевания.

В 2018 году голландские врачи помогли умереть 29-летней Аурелии Брауверс (Aurelia Brouwers), предоставив ей яд. Она была в глубокой депрессии, ей диагностировали, среди прочего, пограничное расстройство личности, и она не видела в будущем никакого просвета. В репортаже «Би-би-си» Аурелия рисует смайлики на доске с надписью «Эвтаназия 26 января».

Эта тема близка мне лично. Когда я была подростком, у меня была анорексия, и я с детства боролась с обсессивно-компульсивным расстройством. В самые черные моменты мне иногда казалось, что смерть — это выход. И таких по сути своей жизнерадостных людей, которые просто переживают тяжелые времена, много: психолог Кристер Ульссон (Christer Olsson) восемь лет жил в состоянии глубочайшей депрессии, которую он мужественно описал в книге «Дорога назад» (En väg tillbaka). В худшие моменты он «без колебаний был готов умереть», как он сам рассказал в интервью газете «Даген» (Dagen). Многие люди с психическими расстройствами узнают себя в его описаниях. И, говоря словами Анн Хеберлейн (Ann Heberlein), человек вовсе не обязательно действительно хочет умереть — бывает, что он просто не хочет жить.

Я никогда всерьез не планировала самоубийство, но были периоды, когда жизнь казалась мне невыносимой. И я встречалась с множеством молодых людей, которые лечатся в больнице из-за суицидальных мыслей.

Если общество и врачи начнут относиться к эвтаназии как к приемлемой альтернативе, желание таких пациентов умереть внезапно станет более легитимным, его будет легче исполнить. Меня на самом деле пугает общество, в котором самоубийство может стать нормальным.

Другая проблема эвтаназии — то, как отношение к ней скажется на представлениях о ценности человеческой жизни. В 2008 году в швейцарской клинике, где людям помогают совершить самоубийство, умер 23-летний англичанин.
В результате несчастного случая он оказался парализован и больше никогда не смог бы играть в регби. Для него тело стало тюрьмой, и он считал, что жизнь кончена. Родители поддержали его радикальное решение и вместе с ним отправились в Швейцарию.

Ассоциация людей с травмами позвоночника с возмущением отреагировала на решение врачей. Неужели травма действительно может стать основанием для одобрения эвтаназии? Разве в жизни нет смысла, помимо спорта? С моей точки зрения, в данном случае к человеку отнеслись так же, как относятся к нему те, кто считает нужным делать аборт, если у ребенка диагностирован синдром Дауна. Здесь проявило себя принятое в обществе презрение к слабости.

Что должно происходить с теми инвалидами, которые не получают помощи социальных работников? Следует ли нам предложить им одобренную государством возможность самоубийства, раз они больше не могут выходить из дома и жить нормальной жизнью? Нет, мир, в котором эвтаназия — одна из альтернатив, это не гуманный мир. Это мир, в котором мы не справились с задачей заботиться о страждущих.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.

Оригинал публикации: Rädd för ett samhälle där självmord normaliseras
https://inosmi.ru/social/20190611/245249725.html
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment