b_n_e (b_n_e) wrote,
b_n_e
b_n_e

Categories:

Как бы молчаливые протесты в Иране (перекрытие протестного интернета)

Нет интернета — нет революции
Спецкор “Ъ” Елена Черненко — о новой иранской модели подавления протестов
17
"Коммерсантъ" от 25.11.2019, 12:25
В минувшие выходные иранские власти подвели итог борьбы со вспыхнувшими неделей ранее массовыми протестами. В ходе столкновений погибли 7 человек, арестованы 100 лидеров антиправительственных демонстраций, среди них выявлены сторонники запрещенной в РФ террористической группировки «Исламское государство». Свою статистику обнародовали и западные правозащитники: по данным Amnesty International, погибли не менее 115 человек, арестованы более 1 тыс.

Истинное число погибших и арестованных мировая общественность вряд ли когда-нибудь узнает. Если в первый день протестов из Ирана поступала привычная для таких событий информация: фото и видеосъемка, свидетельства очевидцев, то начиная со второго дня страна на неделю фактически превратилась в черную дыру. Мировые СМИ продолжали сообщать о протестах в Иране, но без актуальной «картинки».

Иранские власти впервые апробировали инструментарий, над которым работали десять лет: они реализовали беспрецедентный для страны со столь глубоким проникновением интернета блэкаут, отрезав от внешнего мира 60 млн пользователей.

В 2009 году, когда протестовать против якобы сфальсифицированных итогов президентских выборов вышли сотни тысяч человек, у властей таких возможностей не было. Они могли лишь точечно ограничивать доступ к нежелательным ресурсам, но граждане легко обходили запреты. Информация о протестных акциях распространялась через соцсети, прежде всего Twitter и YouTube. Эти ресурсы стали настолько важными для мобилизации и координации протестующих, что Госдеп США обратился к руководству Twitter с просьбой перенести давно запланированные технические работы в сети, дабы не лишать иранских оппозиционеров платформы для общения.

Тогда подавить протесты властям Ирана удалось с большим трудом. И в то время как на Западе с воодушевлением заговорили о потенциале Twitter-революций, в Тегеране задумались над тем, как при помощи законодательных и технических решений предотвратить такие события в будущем.

В итоге, когда на минувшей неделе госсекретарь США Майкл Помпео через Twitter обратился к иранцам с просьбой публиковать фото и видео протестов, его призыв ушел в никуда. Иранским властям впервые удалось эффективно заблокировать доступ ко всем внешним ресурсам, включая соцсети и мессенджеры. Блокада затронула 95% входящего и исходящего трафика. Сеть отключили даже у посольства России в Тегеране. При этом продолжал работать так называемый суверенный, то есть внутренний, интернет. Пользователи могли заходить на сайты местных банков, госучреждений и СМИ. Восстанавливать доступ во внешний мир Совет нацбезопасности Ирана начал лишь на этих выходных, когда протесты сошли на нет.

Нет сомнений, что к иранскому эксперименту самым внимательным образом присмотрятся во многих столицах.
Возможно, тот или иной политический лидер, свергнутый мобилизовавшейся в интернете толпой, уже задался вопросом: «А что, так можно было?»

На Западе же действия Тегерана восприняли с раздражением. Президент США Дональд Трамп написал в Twitter, что «режим отключил интернет, чтобы великий иранский народ не мог рассказывать о чудовищном насилии, происходящем внутри страны». Госдеп ввел санкции против министра связи Ирана и призвал руководство популярных соцсетей заблокировать аккаунты высокопоставленных иранских лиц. Но пока они ими активно пользуются. Верховный лидер Ирана Али Хаменеи публиковал посты в Twitter даже в те дни, когда в его стране прочесть их никто не мог.

https://www.kommersant.ru/doc/4171041?from=doc_mail
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment