November 27th, 2014

2007

Уровень политологов из МГУ и "политической экспертизы"

"Удар направлен против Обамы"

"Приговор полицейскому, убившему Майкла Брауна, послужил формальным поводом для новых волнений. С момента первых волнений в Сент-Луисе и в Фергюсоне протестующие хорошо подготовились. Их действия хорошо скоординированы: они стали нападать на полицейские участки, на полицейских. Это заранее спланированная система.
Collapse )
События в Фергюсоне - результат применения цветных революций, но впервые они применены “сценаристами” для дестабилизации ситуации в США. Я подозреваю, что “кукловодами” в этой ситуации являются республиканцы, которые пытаются добить Обаму, окончательно его дискредитировать и показать, что темнокожий президент предал интересы своих же темнокожих граждан: он мало того, что ничего не делает, но ещё и отдаёт приказы на силовое подавление.
Если откроется стрельба, во всём будет виноват Обама.
Это удар перед выборами - Обаме осталось два года. Демократы, получив этот удар, не смогут оправиться.
А у республиканцев готов новый кандидат – это Хиллари Клинтон.


Андрей Манойло
политолог, профессор МГУ им. М.В. Ломоносова. доктор политических наук

Collapse )
==================================================================================
Объяснить причисление Хиллари к республиканцам опечаткой или технической ошибкой в наиболее тиражной газете в России (МЕТРО) не получится
Розыгрш? А тогда причем вбрс про цветные революции?
2007

(no subject)

Сущность зла ("Aeon Magazine", Великобритания)
Не надо быть монстром или сумасшедшим для того, чтобы дегуманизировать других. Для этого достаточно быть обычным человеком
Дэвид Смит (David Livingstone Smith)
27/11/2014
Collapse )
Посмотрите, что европейские поселенцы думали о тех африканцах, которых они порабощали. Вот что замечает по этому поводу американский историк рабства Дэвид Дэвис (David Brion Davis): «Это была экстремальная форма дегуманизации — процесс, распространявшийся преимущественно на отношение к рабам и на восприятие белых, — которая прерывала связи человеческой идентичности и сочувствия и делала возможным рабство». Работы Моргана Годвина (Morgan Godwyn), англиканского священнослужителя, который в 17-ом веке неустанно проводил кампании в поддержку прав африканцев и коренных американцев, проливают значительный свет на то, что думали английские колонисты о своих якобы не принадлежавших к человеческому роду рабах. В книге под названием «Защитник негров и индейцев» (The Negro’s and Indians Advocate, 1680) он написал о том, как ему «по секрету» — как будто все происходило в темноте — говорили следующее: хотя негры по своему телосложению немного похожи на человека, они не являются людьми«. «Они не-люди и они лишены души: их следует считать животными и относиться к ним соответствующим образом... Существа, лишенные души, их следует считать низшими животными и относиться к ним соответственно».
Collapse )
В 1989 году Дуглас Медин (Douglas Medin) и Эндрю Ортони (Andrew Ortony) из Северо-Западного университета в Иллинойсе ввели в обращение термин «психологический эссенциализм» для обозначения нашей широко распространенной и, по-видимому, неудержимой тенденции к «эссенциализации» определенных категорий вещей. С того момента ученые накопили значительный объем эмпирических данных, подтверждающих тезис о том, что человек является прирожденным эссенциалистом. Мы склонны представлять себе мир разделенным на дискретные категории вещей, каждая из которых имеет реальную сущность.
Collapse )
Печальный факт состоит в том, что подобные акты насилия часто совершаются теми, кто ожидает в результате получения определенных преимуществ. С помощью войны, применения геноцида или порабощения уязвимого населения мы можем получить в свое распоряжение ресурсы, которые было бы сложно или вообще невозможно получить другим, более мягким способом. Поэтому мы, будучи умными приматами, разработали методы для того, чтобы обойти и нейтрализовать наш собственный ужас, возникающий от перспективы пролития крови. Мы разработали и распространили токсичные идеологии, эти впитываемые нами и меняющие наше сознание наркотики, и стали участниками мощных коллективных ритуалов — все это делается ради снятия запрета на агрессию и направление ее против наших соседей.

Техника бихевиоральной инженерии дополняется и усиливается с помощью психологических процессов, самым мощным из которых является дегуманизация тех людей, которым мы намереваемся причинить ущерб. За счет дегуманизации других людей мы изгоняем их из пределов магического круга моральных ограничений. Наши запреты в отношении нанесения им вреда, таким образом, снимаются. Это позволяет нам обращаться с ними, руководствуясь лишь нашими собственными целями.
Collapse )
2007

Лихачев Д.С., "О национальном характере русских" ВФ, 1990, № 4

"Русская культура уже по одному тому, что она включает в свой состав культуры десятки других народов и издавна была связана с соседними культурами Скандинавии, Византии, южных и западных славян, Германии. Италии, народов Востока и Кавказа, - культура универсальная и терпимая к культурам других народов. Эту последнюю черту четко охарактеризовал Достоевский в своей знаменитой речи на Пушкинских торжествах. Но русская культура еще и потому европейская, что она всегда в своей глубочайшей основе была предана идее свободы личности.

Я понимаю, что эта моя последняя мысль может показаться в высшей степени странной тем, кто привык подменять знание истории исторической мифологией. Большинство людей и на Западе до сих пор убеждены, что русским свойственна не только терпимость, но и терпение, а вместе с тем - покорность, безличность, низкий уровень духовных запросов.

Нет, нет и нет! Вспомните: в союз многих племен - восточнославянских, угро-финских, тюркских - были по летописной легенде призваны князья-варяги.
Сейчас ясно, что князья выполняли в X-XI вв. роль военных специалистов. А кроме того, если легенда верна, то для такого общего призвания нужен был союз, какая-то организация. Но мало этого - кем бы ни управляло вече в русских городах,- оно было большой школой общественного мнения.
С мнением киевлян и новгородцев постоянно должны были считаться князья. Новгородских князей даже не пускали жить в пределах города, чтобы избежать диктатуры. Люди свободно переходили из княжества в княжество, как и сами князья.
А когда установились границы государства, началось бегство в казачество. Народ с трудом терпел произвол государства. Вече сменили собой земские соборы. Существовало законодательство, «Русская Правда», «Судебники», «Уложение», защищавшие права и достоинство личности. Разве этого мало? Разве мало нам народного движения на Восток в поисках свободы от государства и счастливого Беловодского царства?

Ведь и Север, и Сибирь с Аляской были присоединены и освоены не столько государством, сколько народом, крестьянскими семьями, везшими с собой на возах не только хозяйственный скарб, но и ценнейшие рукописные книги.
Разве не свидетельствуют о неискоренимом стремлении к свободе личности постоянные бунты и такие вожди этих бунтов, как Разин, Булавин, Пугачев и многие другие?
А северные гари, в которых во имя верности своим убеждениям сами себя сжигали сотни и тысячи людей! Какое еще восстание мы можем противопоставить декабристскому, в котором вожди восстания действовали против своих имущественных, сословных и классовых интересов, но зато во имя социальной и политической справедливости? А деревенские сходы, с которыми постоянно вынуждены были считаться власти! А вся русская литература, тысячу лет стремившаяся к социальной справедливости!
Сотни произведений, удивительных по своей общественной совестливости: целые семьсот лет, о которых мы знаем лишь понаслышке, а прочли лишь одно - «Слово о полку Игореве», да и то в переводе...
И это «рабская покорность народа государству»? И это «отсутствие опыта общественной жизни»?
Да хоть бы немного воспользоваться нам опытом нашего земства!"