January 4th, 2017

Отпуск июнь 2015

Коротко о главном: российская экономика—2017

Коротко о главном: российская экономика—2017
25 лет без СССР
Данная публикация является обновленной версией работы Андрея Мовчана «Коротко о главном: российская экономика в XXI веке».
04.01.2017
Андрей Мовчан
В прошедшие с момента распада СССР 25 лет состояние российской экономики и методы ее преобразования были предметом большого количества спекуляций и поверхностных суждений и в России, и за рубежом. Эта «война заблуждений» стала одной из причин того, что Россия не только упустила 25 лет и несколько уникальных возможностей для экономического и технологического прорыва, но и по своему политическому и экономическому укладу вернулась к состоянию, близкому к началу XX века. Основной проблемой стало предельное упрощение взгляда на статус и перспективы российской экономики, наивность и примитивность большинства предлагавшихся в течение этих лет подходов к управлению и анализу ситуации. Реальная картина всегда была намного сложнее, и увидеть ее можно, только всесторонне разобравшись в достаточно сложном сплетении внешних факторов и внутренних интересов.

''''''
ИНВЕСТИЦИИ В ИНФРАСТРУКТУРУ НЕ БУДУТ ЭФФЕКТИВНЫ

Существуют подтверждения прямой связи между объемом государственных инвестиций в инфраструктуру и ростом экономики. Однако необходимо понимать, что связь эта работает далеко не всегда и не везде.

Любые инвестиционные действия — то есть фактически предложение рынку новых возможностей — должны соответствовать спросу, который либо уже существует, либо еще только может сформироваться. В противном случае они экономически бессмысленны.

Нам известны случаи подстегивания экономики за счет инвестиций в инфраструктуру в ситуации, когда спрос на инфраструктуру со стороны бизнеса значительно превышал предложение.

Это явление наблюдается в африканских странах, где не хватало инфраструктуры даже для базового развития торговых и производственных отношений. При этом иностранные компании были готовы вкладываться в экономику, а местное население — включаться в экономические отношения современного типа. Мы помним примеры новых территорий в США, Канаде, Мексике, других странах, где именно расширяющийся бизнес толкал государство на инвестиции (к слову, далеко не все инвестиции в инфраструктуру были государственными).

То есть эффективнее всего эта модель работает там, где уровень инфраструктуры крайне низок, а запрос на развитие высок. В странах со средним уровнем инфраструктуры, как у России, эффект обычно значительно меньше. Настолько, что возникает вопрос: в случаях, которые можно считать «успешными», не было ли начало государственного инвестирования в инфраструктуру реакцией на рост экономической активности?

В сегодняшней России депрессия экономического развития не связана с инфраструктурным потолком, а высокая себестоимость транспортировки, связи и логистики влияет на увеличение стоимости продукта не так сильно, как факторы риска. Вдобавок в России не хватает капитала и трудовых ресурсов для обеспечения бурного роста.

В этих условиях масштабные инвестиции в инфраструктуру со стороны государства, скорее всего, столкнутся со следующей серией проблем:

• Планирование

Будут выбраны не нужные направления инвестирования, а направления, выгодные наиболее мощным лоббистам.

• Финансирование

У проектов будет масштабная изначальная переоценка; до 50% и более будет потрачено сверх реальной стоимости; большая часть уйдет в офшор, снижая курс рубля.

• Выполнение

Работа будет идти медленно, без соблюдения стандартов качества; часть объектов окажется в итоге малопригодна или непригодна для эффективного использования.

• Использование

Объекты будут недооснащены, не укомплектованы штатом, спрос на их использование — под вопросом. Отсутствие дополнительных инвестиций на содержание и адаптацию обречет многие объекты на простой.

• Влияние на общий спрос

Средства на инфраструктурные инвестиции будут получены эмиссионным путем, их пролиферация в экономику приведет к росту инфляции, общий объем платежеспособного спроса только сократится, и спрос на эти объекты еще сильнее уменьшится.

• Влияние на бизнес-климат

Переключение ресурсов на государственные инвестиции снизит бизнес-активность и повысит себестоимость для независимых бизнесов. В условиях низких объемов производства и нехватки трудовых ресурсов государственные инвестиции будут оттягивать на себя и сырье, и работников, поднимая и цены, и зарплаты. Использование потоков денег для прямого импорта (сырье, материалы, оборудование) и для косвенного (товары для продажи работающим на проектах) временно увеличит импорт и создаст дополнительное давление на курс рубля и социальную сферу.

• Влияние на внутреннюю политику

Эмиссионный характер трат даст временный заработок связанной с властью элите, что ослабит ее потребность в реальных реформах для сохранения своих доходов. Таким образом, реформы в очередной раз отодвинутся, а страна откатится еще дальше вниз по уровню развития. Отставание от конкурентов станет еще большим.

• Влияние на внешнюю политику

Сочетание внутренних источников и усугубляющихся экономических проблем потребует переключения внимания населения и сделает внешнюю политику для поддержания рейтинга еще более агрессивной. Это сократит вероятность как привлечения иностранных инвестиций, так и встраивания в мировые технологические процессы.

Но даже если предположить, что в стране существует запрос на инфраструктуру и всех вышеупомянутых проблем удастся избежать, объемы государственных инвестиций для раскачивания экономики, которая уже находится на российском уровне подушевого ВВП и инфраструктурного развития, должны быть колоссальными.

По статистике, если страна со средним доходом и устойчивым уровнем государственных инвестиций в ВВП 3–4% увеличивает инвестиции в инфраструктуру на 1%, это дает разовый прирост ВВП на 0,08% с 75%-ным затуханием за год. Для того чтобы достичь роста ВВП в 3% в год, России надо начать с увеличения государственных инвестиций на 36%, в следующем году увеличить их еще на 18%, потом на 9%, потом на 4,5% и так далее. Всего инвестиции государства должны вырасти в 3,7 раза (а если учитывать, что у нас 50% разойдется по коррупционным схемам и на неэффективность — то в 7 раз). По самым скромным оценкам, Россия должна будет вкладывать в инфраструктуру 15% ВВП в течение многих лет. Для сравнения: Мексика расходует на инфраструктуру 5% ВВП, Индия — 10%, Индонезия — меньше 7%, Китай — от 6 до 11%.

ЭФФЕКТИВНЫЕ РЕФОРМЫ

У российской экономики две базовые проблемы: риски, несоразмерные возможностям получения дохода, и зарегулированность.

Самая примитивная (но очень верная) модель экономики говорит: рост происходит там, где предприниматели и инвесторы видят позитивную разницу между уровнем ожидаемых доходов и уровнем ожидаемых рисков от вложений или старта проектов.

Таким образом, для роста экономики необходимо, чтобы либо потенциальные доходы были достаточно высоки, либо риски ведения бизнеса существенно снизились. В этих условиях капитал сам начинает идти в страну — и предприниматели осваивают новые инвестиции. При этом рынок с минимальной помощью государства в виде разумного регулирования способен идентифицировать точки роста.

В России сегодня нет областей, в которых можно ожидать сверхприбылей. Россия — страна, достаточно жестко изолировавшая себя от международной кооперации и со сравнительно небольшим для изолированного рынка населением (всего 2% от всей Земли) — этого недостаточно для выхода бизнеса на уровень конкурентных цен и качества в мировом масштабе.

Россия — страна среднего дохода, здесь фактически не осталось ниш для высокомаржинального бизнеса, особенно сегодня, когда доходы жителей падают.

Россия — страна квазимонополистических конгломератов, которые оказывают жизненно необходимые бизнесу услуги (поставка энергии, перевозки и проч.) по завышенным ценам.

Россия в высокой степени зависит от импорта, то есть сырье российские компании закупают по высоким ценам — и оно облагается повышенными налогами.

В этой ситуации единственный способ увеличить экономический потенциал страны — снизить риски. В развитых странах, таких как государства Северной Европы, США, Канада и другие, пространство для получения сверхдоходов также ограниченно, если вообще оно есть, — в первую очередь из-за высокой конкуренции, высоких налогов и медленного роста потребления. Тем не менее средняя скорость роста подушевого ВВП в этих странах превышает 1 тыс. долларов в год (что для России составляло бы 13% годовых!) — этот результат достигнут за счет крайне низких рисков ведения бизнеса.

Базовые риски, с которых надо начинать, это риски, связанные с владением собственностью и правоприменением — как в спорах с государством в лице регулирующих, силовых и фискальных органов, так и между хозяйствующими субъектами.

К сожалению, кратко изложить последовательные и детальные предложения по коренной перестройке системы с целью минимизации рисков правоприменения невозможно. Однако стоит обозначить направления движения.

Необходимы:

1. масштабные изменения законодательства, направленные на защиту предпринимателей и инвесторов;

2. гарантии примата международных судов и прáва;

3. презумпция невиновности в делах против государства;

4. запрет на возбуждение уголовных дел при отсутствии поддерживающего решения и даже прямой передачи дела в гражданском процессе;

5. повсеместное внедрение суда присяжных;

6. программа защиты бизнеса при обвинении владельцев или топ-менеджеров;

7. независимая всеобщая выборность судей начиная с низшего звена;

8. система защиты добросовестного приобретателя и снятие всякой ответственности с держателя прав, в случае если права были действительно выданы государством вне зависимости от допущенных государством при этом нарушений;

9. 100%-ная амнистия собственности и т. д.

Все это должно привести к тому, что предприниматели и инвесторы пересмотрят оценки рисков и произойдет переход от сегодняшней феодально-коррупционной модели правоприменения к модели, основанной на состязании сторон и соблюдении закона.

Наконец, очень важной частью системы снижения рисков является комплекс законодательных мер для защиты инвесторов и предпринимателей от изменений законодательства, решений и действий (не только противоправных) государственных органов и прочих действий или бездействия со стороны государства или любых должностных лиц в любых формах, которые влекут за собой убытки или упущенную выгоду.

В частности, такие законодательные акты должны защищать инвесторов и предпринимателей от тех изменений законодательства и решений органов власти, которые существенно ухудшают условия ведения бизнеса, — в случае если бизнес создавался или развивался в разумном расчете на прежние условия и (или) если государство в той или иной форме давало гарантии или заверения, в том числе устные, что условия останутся прежними.

И конечно, массовые иски и защита в международных судах должны допускаться без каких-либо оговорок.
Collapse )