August 18th, 2017

Отпуск июнь 2015

Теология, астрономия, служение

Теология, астрономия, служение
“Ъ” подводит итоги года работы Ольги Васильевой с образованием и наукой

18.08.2017
Васильева Ольга Юрьевна Личное дело
19 августа исполняется год с момента назначения Ольги Васильевой на пост министра образования и науки РФ. Сменившая «системного либерала» Дмитрия Ливанова госпожа Васильева обещала осмыслить начинания своих предшественников. “Ъ” разобрался, что изменилось в российском образовании и науке за первый год работы Ольги Васильевой.

«Надо осмыслить, проанализировать все, что произошло, потому что те реформы, которые были предприняты, они требуют глубокого осмысления»,— заявила “Ъ” Ольга Васильева в день своего назначения на пост министра, 19 августа 2016 года. Речь шла в том числе о реформах, запущенных возглавлявшим ведомство с 2012 года Дмитрием Ливановым, который в тот же день был уволен с поста президентом РФ Владимиром Путиным.

Чаще всего экс-министр подвергался критике за непопулярную реформу Российской академии наук (РАН), масштабное сокращение числа вузов и внедрение понятия «образовательная услуга». «Каждый должен понимать, что работа учителя — это не услуга.
Я буду запрещать вам произносить слово “услуга”»,— заявила Ольга Васильева в сентябре 2016 года. В законе «Об образовании» этот термин по-прежнему есть. В июле 2017 года Ольга Васильева сообщила, что «сегодня идут попытки это убрать», отвечая на вопрос одного из претендентов на звание «Учитель года» о законодательных последствиях предложенного ею определения деятельности учителя как «служение».

Не осталась без внимания Ольги Васильевой и масштабная реорганизация высших учебных заведений путем присоединения слабых вузов к более сильным, запущенная прежним руководством ведомства. Всего с 2014 по март 2016 года количество вузов и филиалов в России сократилось с 2486 до 1450. «Пока мы прекращаем все объединения — до каждого конкретного разбирательства»,— заявила 27 сентября 2016 года госпожа Васильева. Более того, новое руководство министерства начало отменять ранее принятые решения об организации вузов. Так, были отменены готовящиеся объединения РГУ нефти и газа имени Губкина и Российского государственного геологоразведочного университета имени Орджоникидзе, а также МГЮА и ГУУ.
Зато Минобрнауки продолжило замену ректоров. Например, в МПГУ имени Ленина при новом ректоре, поддержанным госпожой Васильевой, заседание ученых советов теперь начинается с внесения знамени университета под звуки горна, а закрывается исполнением гимна вуза.
Collapse )
В диалоге с научным сообществом новое руководство Минобрнауки не заинтересовано, уверен сооснователь «Диссернета» биолог Михаил Гельфанд: «Самый яркий пример — меня перестали пускать на заседания гуманитарной секции президиума Высшей аттестационной комиссии (ВАК). Были внесены соответствующие изменения, которые ограничивают права членов ВАК, в том числе и мои. Министерство стало более закрытым».
За все время работы Ольги Васильевой в должности общественный совет при ведомстве не собирался ни разу. Предыдущий его состав был распущен зимой, прием заявок от кандидатов в новый совет стартовал в январе 2017 года, но информация о его составе или заседаниях на сайте ведомства отсутствует.

Научному сообществу непонятны некоторые сигналы министерства, добавляет господин Гельфанд: например, «жесткое, административное продавливание теологии как дисциплины — кандидат писал работу по философии, а степень получил по теологии». 15 июня 2017 года Ольга Васильева сообщила, что «сняты все ограничения» и Минюст подписал приказ о присуждении степени по теологии. Это произошло через две недели после первой защиты: 1 июня декан богословского факультета ПСТГУ протоиерей Павел Хондзинский получил по ее итогам кандидатскую степень.
Collapse )
Отпуск июнь 2015

Годовщина ГКЧП: стали бы москвичи защищать Путина от путчистов сегодня

Годовщина ГКЧП: стали бы москвичи защищать Путина от путчистов сегодня
Почему безоружный народ победил силовиков у Белого дома 26 лет назад

Вчера в 17:28, просмотров: 4889
527123
На ближайшие выходные приходится памятная дата — начало путча ГКЧП и его поражение. А как бы поступили наши граждане, если бы переворот произошел сейчас: готовы они выйти на защиту законной власти или смирятся и останутся сидеть по домам? И что позволило в общем-то горстке безоружных людей 26 лет назад победить путчистов, за которыми стояли все силовые структуры? Об этом размышляли участники тех событий за круглым столом в «МК».

Годовщина ГКЧП: стали бы москвичи защищать Путина от путчистов сегодня фото: ru.wikipedia.org Борис Ельцин с трибуны Белого дома объявляет о победе демократии над путчистами, после чего начнется рок-концерт.

Сегодня многие миллионы россиян уверены, что от их мнения ничего не зависит, а власть все сама за нас решит. Согласно разным опросам, около 40% россиян полагают, что даже их голос на выборах ничего не решает. А между тем

19–20 августа 1991 года всего несколько десятков тысяч человек, вышедших к Белому дому, определили судьбу страны, и 21 августа началась уже новая демократическая эпоха. Впервые в современной истории выбор был сделан не политиками и их верноподданными, а народом.

— 1991 год был не только годом пустых прилавков, но и годом надежд. Люди начинали чувствовать свежий воздух свободы, и это было важнее, чем сытость. И вдруг нам объявляют, что свобода закончилась и все опять будет по-старому. Вот это страшно, это заставляет что-то предпринимать, — вспоминает Михаил Шнейдер, который на тот момент был ответственным секретарем «Демократической России».
— Но проблема была в том, что тогда не существовало Интернета и мобильной связи. О том, что произошел переворот, большинство граждан просто не знали, как их организовать на протест — было непонятно. Поэтому нам приходилось печатать листовки, информировать людей на улицах.
И мы придумали еще один канал информации — попросили машинистов метро объявлять о том, что нужно прийти на защиту Белого дома. Не все, конечно, согласились, ведь для этого требовалось личное мужество. Но в итоге «кворум», достаточный для того, чтобы защитить демократический путь развития, был собран. Не знаю, удалось бы это сегодня? Потому что тогда было понятно, что мы защищаем, и была вера в то, что наше мирное мнение услышат.

— Я последний раз собирал митинг в память о победе над ГКЧП несколько лет назад и был поражен, когда на него пришли порядка 70 человек, — рассказал бывший руководитель Администрации Президента России, а в 1991 году первый зампред Верховного совета Сергей Филатов. — Что изменилось за эти 26 лет? Постепенно угасли надежды, которые возникли после победы над КГЧП. Тогда были все предпосылки к тому, чтобы сделать другую страну — свободную, растущую. Но постепенно эти предпосылки стали уничтожаться.

Многие свободы ликвидированы, экономика стагнирует. Нет надежд, но, с другой стороны, и голода нет. Действует своего рода договор: власть обеспечивает минимальное пропитание, а мы закрываем глаза на ее проделки.

Поэтому до голодных бунтов дело не доходит, а на митинги в поддержку авторитарной системы выходит больше, чем за права человека. Но это не означает, что действующую власть бросятся защищать, если она окажется под угрозой.

Задачей депутатов Верховного совета на тот момент было не агитировать против ГКЧП, а объехать как можно больше воинских частей, чтобы убедить военных не применять силу против безоружных москвичей, защищающих Белый дом. Нам это удалось.

— Сейчас многие удивляются: все офицеры были коммунистами, как же они не выполнили приказ партии и ГКЧП? — говорит Александр Шаравин, полковник Генштаба в 1991 году. — Но нужно понимать, что армия тоже была расколота. Часть офицеров входили в демократическую платформу КПСС и неформальные демократические движения, например «Военные за демократию». Их было не много — процентов, может быть, 25, но этого оказалось достаточно, чтобы армия не пролила кровь своего народа, а путч переродился в мирную демократическую революцию.

— Предположим, группа лиц нам завтра по телевизору объявит, что Владимир Владимирович заболел и отдыхает в Крыму, а страной пока поправят другие. Как на это отреагирует население, выйдет на его защиту?

— Многое зависит от того, кто об этом объявит, — отвечает бывший министр экономики Андрей Нечаев. — Насколько это будут люди, пользующиеся уважением. При всей невероятности такой ситуации некоторые параллели между 1991 годом и сегодняшним днем все-таки напрашиваются.
Ведь и тогда вокруг Горбачева были две силы, которые противостояли друг другу: либералы и силовики, которые концентрировались вокруг руководителя КГБ Крючкова. Михаил Сергеевич маневрировал, пытался искать компромиссы, за что его и ценили. Очень похожую ситуацию мы имеем и сейчас. Многие любят говорить, что башни Кремля между собой конфликтуют, но Путин держит баланс между либералами и силовиками. В чем и заключается его незаменимость. Только он может находить консенсус между этими группами.
А вот Горбачев в предпутчевые месяцы не удержал баланс, стал склоняться больше в сторону силовиков. В итоге они решили обойтись без него. И сейчас силовые башни пытаются разрушить баланс: и с точки зрения законов, которые носят исключительно запретительный характер, и возбуждая уголовные дела, которые показывают, кто в лавке хозяин. В общем, тактику ползучей контрреволюции они используют. Надеюсь, что Путин не повторит ошибки Михаила Сергеевича, потому что иначе нам придется на практике проверять: действительно ли рейтинг Владимира Владимировича превышает 86 процентов. А этого бы не хотелось.
Collapse )
Отпуск июнь 2015

Путинская четверть

Путинская четверть
17 Август 2017
Александр Бобраков-Тимошкин

Владимиру Путину доверяют чуть более четверти жителей 37 стран – участников масштабного социологического исследования, но при этом как глобальную угрозу путинскую Россию рассматривает меньшинство.

Таковы основные результаты социологического исследования американской компании Pew Research Center, проведенного в разных странах мира. Темой исследования стало отношение к российскому президенту и его политике. В опросе участвовали 40 951 респондент, проводился он с февраля по май 2017 года.

В целом результаты исследования нельзя назвать благоприятными для Путина и российских властей. Положительно на вопрос "Считаете ли вы, что Путин ведет правильную политику в международных делах?" ответили лишь 26 процентов опрошенных. Меньше всего – 19 процентов – этот показатель в Европе, выше всего – 35 процентов – в Африке. В Соединенных Штатах Путину доверяют 23 процента.


Отношение к самой России в мире чуть лучше (очевидно, респонденты не вполне согласны с Вячеславом Володиным, приравнявшим Россию к Путину): ее оценивают позитивно 34 процента (27 процентов европейцев и 29 – американцев
), что тоже не является выдающимся показателем (положительно к России относятся жители трех из 37 стран – это Вьетнам, Греция и Филиппины). Всего 14 процентов европейцев (и американцев) считают, что российские власти соблюдают права и свободы человека (среди опрошенных африканцев этот показатель равен 51 проценту – все, вероятно, познается в сравнении). Наконец, как "большую угрозу" Россию воспринимают 47 процентов американцев, в Европе этот показатель – 41 процент, в среднем по миру – 31. Но Соединенные Штаты как угрозу воспринимают больше опрошенных – 35 процентов, а ИГ – 62 процента.

Меньше всего доверяют Путину жители Иордании – доверяющих ему в этой стране всего 2 процента! В Европе сравнительно путинофильскими (не говоря о Греции, где "рейтинг" российского президента – 50 процентов) являются Германия и Италия (25 и 26 процентов доверия соответственно). В Польше показатель доверия Путину – 4 процента. Интересно, что в "союзной" России Венесуэле этот показатель – всего 22 процента. Зато Путина обожают во Вьетнаме (79 процентов доверия).

Исследователи также сравнили рейтинги Путина и Трампа. В большинстве стран доверие к российскому лидеру выше, чем у президента США, – в том числе и в Германии, Италии и Франции. Рейтинг Трампа существенно выше в Израиле (56 процентов против 28 у Путина).

В Соединенных Штатах взгляды на Путина и Россию во многом зависят от политической позиции респондентов – в качестве угрозы Россию видят 61 процент демократов, но только 36 процентов республиканцев. Еще несколько лет назад число не доверяющих РФ республиканцев было заметно выше, но многое изменил Трамп.

Исследователи отмечают, что за последние два года – даже несмотря на скандал с вмешательством в выборы в США – отношение американцев к России улучшилось. В 2015 году Россию рассматривали позитивно 22 процента опрошенных, в 2017-м – уже 29. Еще более стремительно возросли симпатии к Америке в России – с 15 до 41 процента. Впрочем, вероятно, свою роль в этом сыграл "эффект Трампа" – некоторые респонденты ждали от нового президента США улучшения отношений с Москвой (которого не случилось).

Интересно, что молодежь в большинстве стран относится к России лучше, чем старшее поколение. Особенно заметна эта разница в Японии – России доверяют 53 процента японцев в возрасте 18–29 лет в сравнении с всего 16 процентами тех, кто старше 50. Положительно относятся к России 40 процентов молодых американцев.

Ранее Pew Research опубликовала часть исследования, посвященную взглядам самих граждан России, из которого следует, что большинство опрошенных одобряет политику российских властей и путь, по которому идет страна.
Collapse )