April 8th, 2018

Отпуск июнь 2015

Булгаков, описывая суд над Христом, учит, что тоталитарная власть всегда происходит от дьявола

Булгаков, описывая суд над Христом, учит, что тоталитарная власть всегда происходит от дьявола
08.04.201816806
Якуб Пыда (Jakub Pyda)
Интервью с теологом и православным священником Хенриком Папроцким (Henryk Paprocki)


Teologia Polityczna: В романе «Мастер и Маргарита» Михаил Булгаков предлагает очень интересную интерпретацию сцены суда Понтия Пилата над Христом, которая начинается известными словами: «ранним утром четырнадцатого числа весеннего месяца нисана…» Кем выступает здесь Булгаков, переписывающий историю Страстей Господних: выдумщиком, философом, теологом?

Хенрик Папроцкий: Это очень сложный вопрос. В «Мастере и Маргарите» мы имеем дело как с литературным вымыслом, так и с описанием российских реалий 1930-х годов. В первую очередь здесь заметно влияние нескольких популярных теологических трудов. Я имею в виду «Жизнь Иисуса Христа» Фредерика Фаррара (Frederic Farrar) и «Жизнь Иисуса» Эрнеста Ренана (Ernest Renan), которые были Булгакову знакомы. Свою роль наверняка сыграло и то, что отец писателя был профессором теологии: он преподавал в Киевской духовной академии, был цензором книг на религиозные темы. Он приносил домой кипы рукописей теологического содержания, и можно предположить, что в последние два-три года перед смертью Афанасия Булгакова их читал юный Михаил.
Collapse )
— Как Булгаков, глядя с византийской перспективы на ключевые события, происходившие в Римской империи, переоценивает историю Спасителя? Он реабилитирует Рим или осуждает его? Как угол зрения влияет на интерпретацию?

— В романе Иерусалим I века, то есть де-факто Римская империя I века, ничем не отличается от московской, большевистской империи века XX с ее тайными службами и сетями доносчиков. В книге появляется Афраний, правая рука Пилата и начальник тайной стражи, его можно сравнить с главой НКВД. Это все «царство мира сего». Иисус говорит: «идет князь мира сего, надо Мной у него власти нет». В романе «Мастер и Маргарита» рассказывается именно о царстве «князя мира сего», которое Булгаков изображает так, будто его основа — это осведомители, руководители тайных служб и убийцы.

Здесь мы находим следующее отличие от Евангелия: Иуда в романе не убил себя сам, его зарезали. Это событие попадает на страницы книги будто бы с улиц большевистской Москвы, где люди порой пропадают без следа. Кажется, что Булгаков ставит знак равенства между всеми империями, говоря, что такого рода тоталитарная власть всегда происходит от дьявола.

— Нельзя ли усмотреть в библейской истории Христа и ее литературной интерпретации Булгакова общий историософский мотив, я имею в виду изображение суда как коренной проблемы европейской цивилизации?

— Напомню, что в греческом языке суд называется «κρίσις», от этого слова произошел наш «кризис». Суд — это не нормальная, а кризисная ситуация. Я не знаю, осознавал ли это Булгаков, но, думаю, да.
Одновременно следует обратить внимание, что послание романа «Мастер и Маргарита» созвучно идеям Николая Бердяева, который писал, что царство сатаны строится на использовании грязных методов, например, доносительстве.
Царство Христа — это любовь, сострадание, чувства, которые в определенном смысле сложно увидеть. Эта мысль прослеживается во всем творчестве Бердяева, например, в «Смысле истории» или «Смысле творчества»: философ подчеркивает, что за всеми неявными разрушительными действиями скрывается дьявол.
Булгаков не мог знать работ Бердяева, которые тот написал в эмиграции, но эта тема звучала уже в работах, вышедших в России. Возможно, идеи философа на него повлияли.

— Можно ли сказать, что Христос дает человеку своего рода «двойное гражданство»? Принадлежность к земному царству и Царству Божьему освобождает его из-под тоталитарной юрисдикции?

— Конечно, именно так обозначается граница, за которую не простирается власть Пилата. Текст Евангелия напоминает нам это в словах Иисуса: «Ты не имел бы надо Мной никакой власти, если бы не было дано тебе свыше» (то есть не от императора). Исполнительному римскому чиновнику, который был до этого, как утверждают некоторые источники, легионером, понять это было, видимо, сложно.
Типичного римлянина с боевыми заслугами, который был фанатичным воином, назначили в награду прокуратором. Иудея была не очень большой провинцией, но зато он обладал там абсолютной властью. Он мог приговорить любого человека к смерти или стереть с лица земли целый город. Нам сложно понять, какой огромной властью он обладал.
Наместник замещал собой императора. И вдруг он встречает нечто, выходящее за рамки его чиновничьих схем: кто-то говорит, что его власть дана свыше, что она происходит «не от мира сего».
Collapse )