July 1st, 2018

Отпуск июнь 2015

Чудо, которое Путин надеется сотворить над Трампом в Хельсинки

The New Yorker, США
Чудо, которое Путин надеется сотворить над Трампом в Хельсинки
01.07.201872380
Джошуа Яффа (Joshua Yaffa)
В июле 2009 года Барак Обама прилетел в Москву на переговоры с тогдашним президентом России Дмитрием Медведевым, однако он включил в программу своего визита встречу с Владимиром Путиным, который, занимая в тот момент пост премьер-министра страны, оставался самой влиятельной фигурой в стране. Утром в один из дней Обама вместе со своим окружением отправился в резиденцию Путина в Ново-Огарево, расположенную в 30 километрах от Москвы и окруженную лесом. Застолье было роскошным, как написал Майкл Макфол (Michael McFaul) — главный советник Обамы в вопросах российской политики, который позже занял пост посла США в России — в своих мемуарах «От холодной войны к горячему миру» (From Cold War to Hot Peace): стол ломился от множества разновидностей икры и экзотических угощений. «Официант, одетый в традиционный костюм крестьянина 19 века, снял с ноги высокий сапог, чтобы раздуть огонь в самоваре, в котором грелась вода для чая», — пишет Макфол.

Прежде чем Обама успел что-либо сказать, Путин пустился в долгие рассуждения о множестве дурных поступков и ошибок Америки: как Вашингтон пренебрег предложениями России оказать ему помощь после терактов 11 сентября, как он совершил непростительный грех в Ираке и как он разжигал политические волнения на территории соседей России. Это был рассказ об обидах и негодовании, и Путин выступал в нем в роли жертвы. Путин, как пишет Макфол, «знал, как нужно рассказывать драматические истории. Для каждого эпизода или конфликта он приводил конкретную дату, место и имена участников». Планировалось, что эта встреча продлится ровно час, но «к 55 минуте президенту США так и не удалось ничего сказать».

16 июля в Хельсинки настанет очередь Трампа. Несомненно, Путин начнет их двустороннюю встречу с точно такой же длинной лекции об обидах и огорчениях, и в ней Вашингтону снова будет отведена роль антигероя, грешащего высокомерием, превышением полномочий и неуважением по отношению к другим. (Возможно, по некоторым пунктам Путин не будет слишком уж далек от истины, описывая хронические патологии американского внешнеполитического истеблишмента.)
Collapse )
Даже если отвлечься от встречи в Сингапуре, в целом Трамп не раз демонстрировал свою уступчивость и невежество — идеальное сочетание для такого лидера, как Путин, который обязательно попытается ослепить Трампа деталями, подобными тем, на которые он сделал ставку во время своей встречи с Обамой — к примеру, как США однажды передали России разведданные, касавшиеся борьбы с терроризмом. «Он очень театрально сделал знак удалиться официантам, разливавшим чай, наклонился вперед и сказал Обаме, что они воспользовались той информацией, чтобы "ликвидировать" террористов», — пишет Макфол в своих мемуарах. Только представьте себе восторг Трампа — стремящегося казаться крепким орешком — в тот момент, когда он услышит подобную байку.

Тем не менее, то, что делает Трампа таким привлекательным и желанным собеседником в глазах Путина, носит более фундаментальный характер: это чрезвычайно деловой подход Трампа к политике, основанный на принципе «все или ничего». Приоритет интересов над ценностями — точнее, отрицание того, что первые могут каким-то образом послужить последним — является отражением собственного мировоззрения Путина. По словам Климова, прежние американские президенты, в особенности Обама, руководствовались верой в «универсальную добродетельность американской системы» и в идею о том, что «чем больше государств по всему миру примут и будут следовать этой системе, тем лучше». Климов назвал это «политика как продолжение идеологии и философии». Между тем, по его словам, Трамп относится к политике «как к бизнесу». Если ценности не стоят на пути, то продать и купить можно все.

Тем не менее, никто в Москве не ожидает от этого саммита каких-либо серьезных прорывов. Мало кто верит в то, что Трамп, скажем, отменит антироссийские санкции или официально признает Крым российским. Но цель заключается не в этом — по крайней мере пока. Скорее всего, сейчас для Путина наибольшее значение имеет символическая составляющая двустороннего саммита, который должен доказать, что попытки США изолировать Россию и отодвинуть ее на второй план провалились. Этот саммит в Хельсинки, который, несомненно, будет очень широко освещаться международной прессой, станет подтверждением того, что Россия — мировая держава, которую нельзя игнорировать и к которой нужно относиться как к равной. Климов назвал это «возвращением к здравому смыслу», добавив, что это само по себе уже станет важным достижением: «Когда вы возвращаетесь из ненормального состояния в нормальное, это уже хорошо».
Collapse )
Несомненно, Путин попытается манипулировать Трампом, однако он также знает, что ему придется предложить американскому президенту нечто такое, что потешит его эго и что тот сможет позиционировать в США как триумф. Ближайшие две недели Кремль потратит на то, чтобы найти это нечто — какой-нибудь пустяк, который будет отлично смотреться в выпусках новостей, но который не повлечет за собой никаких рисков и издержек. «Все знают, что Трампу нужно что-то, что он сможет позиционировать как победу, — сказал Кортунов. — Но что Россия может предложить?» По его словам, ответ на этот вопрос пока не ясен. «Это будет личное решение Путина, которое, вполне возможно, он примет в ходе самой встречи».

Одним из слабых мест путинской системы является то, что она не может двигаться в обратном направлении: она лишена способности признавать свои ошибки и отказываться от контрпродуктивной политики. Это отчасти объясняется привычкой и инерцией, однако это также является следствием убеждений.
Как объяснил Владимир Фролов, внешнеполитический обозреватель российского интернет-издания «Республика», Путин и его советники глубоко убеждены в том, что «любая коррекция курса приводит к полной капитуляции». В результате России крайне сложно вносить даже умеренные, хотя и совершенно рациональные изменения в свою политику, будь то в вопросах Сирии и Украины или в вопросе отношений с США. По словам Фролова, со временем это привело к формированию «магического мышления» — совершенно несуразной убежденности в том, что Путин и его окружение способны «добиться резких улучшений, не внося никаких значимых изменений в свой курс». Саммит в Хельсинки покажет, найдут ли они в Трампе такого американского президента, который сумеет превратить магию в реальность.
Collapse )
Отпуск июнь 2015

Как это делается! Я в восторге.

30 лет назад, 28 июня 1988 года, в Москве началась XIX партконференция КПСС, после которой страна уже не отрывалась от телевизора несколько лет, пока СССР не кончился. Воспоминания об этих первых опытах нашей демократии остались разные. Михаил Жванецкий делится своими

Как это делается! Я в восторге.

Да здравствует величайшее открытие — дураков нет даже на самом верху!

Боже! Как это ловко делается!

Трансляция съезда, как репортаж из подводного мира. В цвете!

Замерев, мы, полчища наивных и дураков по эту сторону экрана, наблюдали с восторгом, как это делается.

Как это делается!!!

Кто сказал, что мы ничего не умеем? Бред.

Выше всего мирового уровня. Интриги, подготовки, заготовки, сплачивания и рассеивания. Блеск!


Я в восторге. Идиот. Я надеялся на малое: законы, решения.

Чушь и бред, мы получили большее.— Огромную и прекрасную картину работающей машины, не дающей результатов.

Гора родила мышь, таракана, клопа, отмену статьи 11, которую давно уже отменили.

Ничего не родила гора под наши восторги и аплодисменты.


Но, как это делается!

Как все оказались в меньшинстве? Рабочие, крестьяне, учёные, инженеры, демократы. Все!

Кто в большинстве? Неизвестно до сих пор. Ни одного лица из большинства не проступило…

— Сколько можно давать слово меньшинству? — кричит большинство и не берёт слово.

Действительно здорово!

Мозги заворачиваются.

Казалось бы, вот проблема, вот она воет и вот её решение.

Но тут идёт другой — другая проблема, идёт третий — третья проблема…

Затем картон азиатского выступления, дальше — пятая проблема, шестой картон… И жуёшь этот пирог! Лицо с картоном и уже ничего не понимаешь.

Гибнут малые народы!

Да здравствует рабочий класс!

Голодают пенсионеры!

Сила партии в единстве!

Прилавки пусты, лекарств нет, больные валяются в коридорах…

Мы поддерживаем самый прогрессивный строй!

Где взять деньги для пенсий?

И тут неожиданно выходит человек и говорит, где, по его мнению, нужно взять деньги…


И здесь очень важно не реагировать, а дать слово следующему.— Он уже говорит о гибели всего живого на Севере!

Тут уж, действительно, неизвестно, что делать…

Но выходит третий и говорит, что, по его мнению, надо делать в сельском хозяйстве… Теперь очень важно, не отвечая, дать слово следующему.

Он, разрываясь, говорит о радиации и пособиях.

Мы уже забыли о малых народах и сельском хозяйстве. У нас волосы дыбом от радиации.

И, когда появляется человек с идеей спасения каряков, все раздражены — этот откуда? При чём тут каряки, когда такая радиация?!

Тут известие о железнодорожной катастрофе… Все бросаются туда, забывая о радиации.

И тут же подходит дело из Ферганы, поэтому человека, который внезапно нашел деньги для борьбы с радиацией, уже сгоняют с трибуны.

А тут ошеломляющая новость о власти КГБ, о грандиозных новостройках в центре Москвы…

Полушария поменялись местами и все с радостью погрузились в длинный старый железнодорожный доклад на паровой тяге о наших успехах, связывающих поражения и победы в единое, громыхающее целое.

Можно поспать, перекусить, поделиться сомнениями в своей уверенности или уверенностью в своих сомнениях и т.д.

Тут армия напомнила, что она любимое дитя страны и может набить морду любому, кто с этим не согласен.

А вот и пошла работа по выдвижению депутатов, наблюдать которую было уже физическое наслаждение.

Это уже шло не под валидол, а под шампанское.

Боже! Как это делается!

Какая работа! Я такого не видел.

— Вы нам все время для выборов предлагаете одного,— капризничает депутат,— но нам хочется хотя бы двух, чтобы выбирать.

— Но нужен-то один,— говорит председатель.

— Да,— говорит депутат.

— Вот он и есть.

— Верно,— говорит депутат.— Точно… Но, постойте… Как же это? Действительно, нужен-то один.

— Вот он,— показывает председатель.— Куда ж два-то? Место-то одно.

— Верно… Да… Хотя… Постойте…


А чего тут стоять, когда на подходе следующий кандидат на экологию председателем.

— Что такое экология? — спрашивают его.

— Не знаю.

— Будем выбирать, товарищи.

— Что ж его выбирать, он не знает, что такое экология,— устало сипят либералы.

— Ну и что! Он таких ассистентов наберет. Всем нос утрут. Кто за? Против? Утверждаем.

Блеск! Видишь результаты голосования и думаешь, а может, лучше их назначать?

А тут еще одна новость — съезд кончается.

Как? Что? Только начали…

— Но, ведь надо же кончать. Оно же не может бесконечно…

— Но, ведь ничего не принято.

— Вот, как раз и время. И все логично. Тут вообще надо подумать, может, и не собираться…

Всем на дом разошлют, они дома проголосуют и дома выступят с речами.

Мы эти речи опубликуем и по домам разошлем.

В домах они продебатируются, поступят к нам.

И мы по домам рассеем мнение президиума.

Не будет этого базара, работа станет гораздо эффективнее, депутат не сможет перебивать депутата.

А вплотную займемся подсобным хозяйством.

Кто против? Воздержался?

Блеск! Какая работа.

Вот так это делается.

И ничего, что это грандиозное зрелище закончилось безрезультатно.

Вся страна производит впечатление тяжело работающей, ничего при этом не производя.

Еще один урок в нашей начальной школе.

— Мы не рабы. Рабы не мы.

— А кто?

— Да-да… конечно…

Так и научимся.

Распарывая, поймём, как сшито.

Разрушая, поймем, как строили.

Разъединяя, почувствуем, как соединялось.

Завоевывая, почувствуем, как жить.

И долго будем искать,

Кто бы нас научил этому.

Потому что все, кто учил,

Погибли, это защищая.

Михаил Жванецкий
Collapse )
Отпуск июнь 2015

Таки мир здорово детерминирован

Мне повезло, что с моим "правдоискательским" характером я пока ни разу не сидел
Как-то жизнь свела меня на пару встреч с Иваном Прокофьевичем Шараповым (понравилась его книга и приглашал на организуемый мной системный семинар)
Мне он понравился неукротимым духом в его возрасте (ему было за 80)
По его приглашению пошел в ГИН на его доклад и даже там выступил о необходимости опубликовать его новую книгу (таки уже перестройка была в разгаре)
Благодаря Google неожиданно набрел на его биографию
Оказалось, что сел по 58 уже после XXсъезда
Да и вообще биография героическая
Многое я в жизни ожидал встретить, но прямой донос от Горького это уже за гранью
Collapse )