July 15th, 2018

Отпуск июнь 2015

Ближе к ангелам за счет пенсионных накоплений?

РПЦ объяснила происхождение частного самолета патриарха

Пресс-секретарь патриарха Московского и всея Руси Кирилла отец Александр Волков прокомментировал информацию о частном самолете главы РПЦ. Об этом он рассказал на встрече с екатеринбургскими журналистами, передает Znak.com.

Частный самолет, на котором прилетел в Екатеринбург патриарх Кирилл в пятницу, 13 июля, был предоставлен предпринимателями, оказывающими услугу церкви. «На это не тратятся деньги церкви или деньги конкретных епархий», — пояснил Волков.

По его словам, патриарху необходим личный самолет, поскольку он часто путешествует по сложным маршрутам, и летать регулярными рейсами было бы затруднительно.

«Патриарх мог бы, наверное, попытаться летать и регулярными рейсами. Но это бы тоже вызывало критику. Летел бы в бизнес-классе — сказали бы, что нехорошо. Летел бы в экономклассе — сказали бы, "показуха"», — предположил представитель РПЦ. Он подчеркнул, что церковь готова отвечать на вопросы о расходах, но публиковать информацию о закупках, как государство, не собирается.

Для служителей церкви важно не провоцировать недовольство из-за сильного имущественного расслоения, но было бы хуже, если бы церковь пыталась скрыть свои материальные блага, сказал Волков.

13 июля журналисты обратили внимание, что патриарх прилетел в Екатеринбург на частном самолете Embraer Legacy 600.
Collapse )
Отпуск июнь 2015

Правильная работа — не выгорание, а «загорание». Она поднимает до небес.

— Людей, занимающихся благотворительностью, часто спрашивают про эмоциональное выгорание. Вы с ним сталкивались?

— Я не верю в эмоциональное выгорание. Если человек правильно выбрал сферу деятельности, то его работа — не выгорание, а «загорание». Она поднимает до небес. Если мне совсем хреново, я иду в стационар к пациентам и родственникам. Мне бывает тяжело в чиновничьих кабинетах, очень сложно заниматься финансами, я от этого просто вешаюсь. Непросто даются многие аспекты работы, но только не те, про которые как раз говорят: «Ой, как, наверное, тяжело в хосписе-то, у вас же больные “выздоравливают”, как мухи, как вы там справляетесь?» Да прекрасно справляемся. Более благодарной сферы в медицине нет, потому что ежесекундно чувствуешь свою полезность. Заходишь в четырехместную палату и не можешь оттуда выйти, потому что там четыре человека, и каждому ты нужен: свет ярче сделать, штору расправить, окно открыть; дует, тепло, холодно, повернуть ногу, чашку помыть, попить дать, зубы поправить, ухо почесать — это бесконечность. Ты и секунды не чувствуешь, что не у дел. Мы ведь все рано или поздно умрем, но то, что каждым своим движением, каждым действием ты приносишь человеку очевидную пользу, — настоящий наркотик. Это так тебя зажигает и уж точно не выжигает.

В паллиативной помощи родственники, которые потеряли ребенка, маму, мужа, брата, приходят к нам в гости годами, чтобы выразить признательность. Какое тут эмоциональное выгорание? Я сдохну, наверное, от усталости, но не от эмоционального выгорания (смеется). Если меня отключить от работы, я сойду с ума. Выгорает тот, кто не на своем месте. Думаю, это касается любой области. Вот, работая в банке, я бы, наверное, точно выгорела. Хотя, думаю, скорее бы взорвала его (смеется)...
Collapse )