October 20th, 2019

а не их!, Мой

Когда западло "высовываться"

"В Штатах, когда вы говорите, что много зарабатываете, люди за вас радуются: "молодец, отлично работаешь". Но в Швеции, если ты скажешь, что у тебя высокая зарплата, люди сочтут, что ты со странностями, - рассказывает она. - И ты никогда не спрашиваешь других о зарплате, никогда не спрашиваешь о деньгах".

Многие комментаторы в сфере культуры сходятся на том, что по большей части это табу можно объяснить глубоко укоренившимся скандинавским "янтелаген", "законом Янте", согласно которому никто не должен считать себя лучше других, а те, кто нарушает эту норму, достойны осуждения.

"Янтелаген - это неписаное общественное правило, существующее в Швеции и в других скандинавских странах", - объясняет Акинмаде Экерстрём, которая изучала эту тему в своей книге "Лагом: шведские секреты счастливой жизни".

"Речь идет о том, что не следует слишком выделяться, хвастаться без причины, и это своего рода способ сохранять равенство, попытка устранить причины напряженности внутри социальных групп".

"Закон Янте" получил такое название от города Янте. В 1933 году город изобразил в своем романе датско-норвежский писатель Аксель Сандемусе. Но, как отмечает шотландско-норвежский ученый доктор Стивен Троттер, сама концепция существовала в скандинавских обществах - особенно в сельской местности - столетиями.

"Янтелаген - это механизм социального контроля, - говорит он. - Тут дело не только в богатстве, тут речь о том, чтобы не притворяться кем-то большим, чем ты есть на самом деле, и не делать чего-то, что не подобает твоему положению в обществе".

Янтелаген - неписаные правила поведения в обществе, которое хочет видеть всех своих членов равными
Воспевая достоинства скромности и смирения, янтелаген имеет много общего с "синдромом умника" (термин, популярный в Австралии и Новой Зеландии), когда принято ставить на место тех, кто слишком кичится своим богатством или положением.

В Шотландии говорят о "менталитете крабов" (когда один из крабов пытается выбраться из ведра, а другие тащат его назад). "Можно сказать, что в Скандинавии нашли наиболее удачное слово для обозначения отношения ко всем, кто "высовывается", - говорит Троттер.

Тем не менее он указывает на то, как янтелаген соответствует специфическим культурным нормам Швеции и других скандинавских стран.

"Вы можете рассказывать о своей даче в лесу, про то, как сделали там обогреваемые полы и дворик. Никто этому не удивится, это принято у скандинавов, многие имеют загородные дома, - говорит он. - Но если сказать, что вы потратили те же деньги на два "Ламборгини", над вами начнут насмехаться".

Акинмаде Экерстрём отмечает, что хотя шведы всячески стараются поддержать международный имидж своей страны как бесклассовой социальной демократии, многие из них комфортней чувствуют себя в окружении людей с похожими доходами - среди своих, за закрытыми дверями можно и слегка похвастаться.

Вернемся в зажиточный стокгольмский Эстермальм. 33-летний Андреас Кенсен, который живет в другом районе столицы, а сюда приехал побродить по маленьким бутикам, согласен с тем, что следование янтелагену зависит от контекста.

"Я совершенно точно могу рассказать друзьям о том, как провел время в зарубежной поездке, выложить фотографии в "Инстаграме", в "Фейсбуке". Но человеку, с которым только что познакомился, я не скажу ничего", - объясняет он.

Кто против?
И все-таки растет число молодых и успешных шведов, которые начали критиковать закон Янте, призывая к более открытым разговорам о богатстве и успехе.
Collapse )
Впрочем, она сомневается, что эта концепция полностью исчезнет, поскольку глубоко укоренилась в шведской и скандинавской культуре.

Доцент Корнелиус Каппелен размышляет: "Останется ли от янтелагена что-то в будущем? Трудно сказать. Но я надеюсь, что хороший его аспект - скромность, нелюбовь к хвастовству - никуда не денется. А негативный аспект - уравниловка - исчезнет".

Между тем, некоторые иммигранты, переехавшие в Швецию, говорят, что им очень нравится янтелаген.

35-летняя Наталия Иррибара приехала в Стокгольм из Чили три года назад. "Я думаю, в Чили у нас нарциссическое общество, придающее огромную важность личным достижениям - научным, спортивным, в школе, дома... обладанию автомобилем, яркой внешности… Здесь у нас соседка - модель, и она никогда не говорит: "смотрите, я снялась вот для этого журнала". Другой сосед - очень известный фотограф, но и он никогда об этом не говорит".

"Для меня скромность очень важна, и мне нравится, что в Швеции с ее янтелагеном материальное не так важно".

---

В подготовке статьи участвовала Эмели Свенссон.
а не их!, Мой

Ион Деген

Туман
Туман. А нам идти в атаку.
Противна водка.
Шутка не остра.
Бездомную озябшую собаку
Мы кормим у потухшего костра.
Мы нежность отдаём с неслышным стоном.
Мы не успели нежностью согреть
Ни наших продолжений не рождённых,
Ни ту, что нынче может овдоветь.
Мы не успели.
День встаёт над рощей.
Атаки ждут машины меж берёз.
На чёрных ветках,
Оголённых,
Тощих,
Холодные цепочки крупных слёз.
Ноябрь 1944
Collapse )
а не их!, Мой

Сверяя источники и устраняя искажения и лакуны

Project Syndicate (США): как проверка фактов позволяет выиграть в борьбе с дезинформацией
19.10.2019342173
Петер Кунлиф-Джонс (Peter Cunliffe-Jones) Лаура Цоммер (Laura Zommer), Ноко Макгато (Noko Мakgato), Уилл Мой (Will Moy)
ЙОХАННЕСБУРГ — По данным службы проверки фактов газеты «Washington Post», президент США Дональд Трамп сделал более 13 тысяч лживых или вводящих в заблуждение заявлений с момента своей инаугурации. Стоит ли после этого удивляться, что у людей появились сомнения: а действительно ли проверка фактов («фактчекинг») в заявлениях политиков является правильным ответом на проблемы нынешней эпохи дезинформации.

Когда в июле в Лондоне политики и журналисты из Европы, обеих Америк, Африки и Азии встретились на глобальной конференции, посвящённой свободе СМИ, они признали, что увеличение дезинформации ведёт к снижению доверия общества к политикам и СМИ. Но появления эффективных решений этой проблемы они не предвидят. А когда представители политической и деловой элиты Европы в том же июле встретились на конференции Les Rencontres Économiques d'Aix-en-Provence-2019 («Экономические встречи в Экс-ан-Провансе»), они тоже не увидели изобилия вариантов действий, которые бы помогли восстановить доверие.

Но это не означает, что таких решений нет. Мы являемся руководителями или основателями организаций, занимающихся проверками фактов в Африке, Латинской Америке и Европе, и мы знаем, что наша работа способна сыграть важную роль в борьбе с последствиями дезинформации и в восстановление доверия к надёжным источникам информации.

Для выполнения этого долга нужно, прежде всего, хорошо понимать задачи, которые стоят перед нами. В мире существует почти 200 организаций, занимающихся проверкой фактов, и большинство из них работают, руководствуясь идеей, что предоставление обществу исправленной, точной информации убедит его изменить своё ошибочное мнение.

И поэтому не стоит удивляться, что большинство исследовательских работ о фактчекинге посвящены проверке этой идеи на практике. Результаты — многообещающие. Никто не утверждает, что предоставление людям откорректированной, точной информации гарантированно заставит их изменить своё мнение, но, как показывают неоднократные исследования, проверка фактов помогает обществу пересмотреть своё отношение к тем или иным заявлениям, даже когда представленные факты противоречат убеждениям, которых они твёрдо придерживаются.

Впрочем, недостаточно просто публиковать результаты проверки фактов. Даже обладая величайшими ресурсами, невозможно отследить всех, кто ознакомился с дезинформацией, которая затем была опровергнута, и представить им результаты фактчекинга. Кроме того, дезинформации, которая циркулирует в интернете и в публичных дискуссиях, просто слишком много, чтобы можно было проверить каждое лживое заявление.

Именно поэтому, помимо выявления и корректировки действительно важной дезинформации, фактчекеры должны взаимодействовать с политиками, традиционными СМИ, платформами социальных сетей и другими институтами с целью сократить этот поток лжи. Это означает, что надо обращаться к общественно значимым фигурам с просьбой об официальных опровержениях, заниматься обжалованием в установленном порядке, проводить тренинги для медиа-организаций. Кроме того, это означает, что надо работать с технологическими компаниями и искать способы предотвращения более широкого распространения дезинформации, в том числе через международные границы.

Организации, занимающиеся фактчекингом, должны сосредоточить внимание не просто на борьбе с ложной информацией, но и на определении источников надёжной информации, указывая на них своим читателям и подписчикам. Кроме того, мы должны работать со школами и другими образовательными платформами, помогая учить людей идентификации лживых и вводящих в заблуждение заявлений. Именно такие подходы используют наши организации, и сколь бы маленькими и недостаточно финансируемыми они ни были, эффект уже очевиден.

Например, экономист Ибраима Диуф, отвечавший за написание программы для одной из крупных политических партий Сенегала, Партии единства и объединения (Parti de l'Unité et du Rassemblement), в январе заявил исследователю из Дакарского университета, что благодаря работе команды Africa Check авторы партийных манифестов стали уделять больше внимания точности используемых цифр.

В ЮАР Фебе Потгитер-Гкубуле, генеральный менеджер в правящей партии Африканский национальный конгресс, заявила на публичной встрече, что Africa Check «играет важную роль», повышая ответственность политических партий и их руководства. А за несколько месяцев до этого, благодаря вмешательству Africa Check, Полицейская служба ЮАР официально исправила национальную статистику преступлений, признав, что цифры были хуже, чем сообщалось изначально. Тем самым, взаимодействие с тем, кто находится у власти, действительно помогает снизить объёмы дезинформации.

В Аргентине организация проверки фактов Chequeado запустила первую в стране программу обучения молодёжи навыкам критического мышления и новостной грамотности. Результаты этой попытки сделать молодёжи прививку от вреда, причиняемого дезинформацией, аналогичны результатам исследования, проведённого в 2016 году в Уганде, где после обучения схожим навыкам был выявлен огромный скачок в способностях школьников различать плохую и хорошую информацию о здоровье.

Наконец, для эффективности фактчекинга нужно улучшать доступ общества к надёжной информации. Например, в Великобритании организация Full Fact сотрудничает с Национальной статистической службой не только для того, чтобы открыть её данные для более широкой аудитории, но и гарантировать, что эти данные публикуются в такой форме, которую общество понимает.

Мы не должны недооценивать масштабы угрозы, создаваемой дезинформацией и падением доверия, и тяжесть последствий этого, но данная проблема далеко не такая неразрешимая, как, похоже, иногда считают. Устраняя не только симптомы дезинформации и недоверия, но и системные проблемы, лежащие в их основе, организации проверки фактов, СМИ, правительства и бизнес смогут оказать сопротивление всем этим тревожным тенденциям.
Collapse )
а не их!, Мой

Наверняка публика про это писала

Занят пятью делами
Collapse )
У Станислава Ежи Леца подбираю эпиграф
И как-то неожиданно пришло в голову, что он опирается на свою антиреферентную группу (типа ЧТО УГОДНО, НО ТОЛЬКО НЕ ЭТО)
В принципе это адекватно для тех кто хочет БЫТЬ, А НЕ КАЗАТЬСЯ
Им врать - ПОЗОР
Как Сенека писал: "Другие - как им угодно, а МЫ - как нам должно..."
(тот случай когда МЫ меня не раздражает, а вселяет надежду)
МЫ вполне в духе Стругацких (и в "Трудно быть Богом" и в "Обитаемом острове")
Но в современном мире - беда! Дутые репутации - скорее норма и их не особо стесняются!
Но возвращаясь к референтной группе - тут есть нюанс
Пресловутое АГРЕССИВНО-АНОНИМНОЕ БОЛЬШИНСТВО строго противоположно мирам Стругацких
Collapse )
а не их!, Мой

Молох пребывания "в кольце врагов" требует жертв?!

По данным источника, росгвардейцы со всего Дальневосточного федерального округа приехали в Хабаровский край, чтобы сдать экзамен и получить краповый берет. Мужчина из Улан-Удэ прошел ряд испытаний и дошел до рукопашного боя.

В схватке ему проломили череп, он впал в кому и скончался, не приходя в сознание.


В сентябре сообщалось, что семеро бойцов спецназа ФСИН получили краповые береты. В соревновании участвовали 85 бойцов из 38 регионов России.
Collapse )
Интересно, такая дурь только в России процветает?!