b_n_e (b_n_e) wrote,
b_n_e
b_n_e

Categories:

Мифы и реалии террора “Ъ” собрал поразительные факты о советских репрессиях

Мифы и реалии террора
“Ъ” собрал поразительные факты о советских репрессиях

30 октября — это День памяти жертв политических репрессий. В Советской России репрессии начались сразу после Октябрьской революции и приобрели массовый характер после укрепления Сталина во власти. А в 1937 году нарком внутренних дел СССР Николай Ежов издал приказ №00447, который дал старт Большому террору. Документ требовал расстрелять 82 700 человек и еще 193 400 человек выслать в лагеря. В дальнейшем эти цифры были многократно превышены. По подсчетам международного общества «Мемориал», общее число репрессированных — в том числе раскулаченных и насильственно перемещенных — может достигать 12 млн человек. Но официально установлены имена примерно 3,1 млн. Исследователи архивов говорят: тема репрессий еще не изучена до конца, а работа с документами зачастую приносит неожиданные подробности. «Коммерсантъ» предложил экспертам рассказать исторические факты, которые их больше всего поразили — и которые развенчивают устоявшиеся мифы о советских репрессиях.

Факт: ГУЛАГ остается не только в архивных документах. Жертвы сталинских репрессий живут сегодня и могут поделиться воспоминаниями.

Роман Романов, директор Музея истории ГУЛАГа:
«ГУЛАГ — он рядом, вернее, его жертвы рядом. Они могут быть нашими соседями по лестничной клетке. У меня так и случилось — дедушка из соседней квартиры был в лагерях. И я об этом узнал совершенно случайно, уже работая в музее. В Москве до сих пор живут люди, которые прошли через лагеря. Их остались единицы, и они попадали туда детьми. Есть от этого ощущение непрерывности: жертвы репрессий жили не когда-то давно — они еще недавно были с нами. А если говорить про детей, которые родились в ссылках, которых отправили в детские дома после расстрела родителей,— этих людей очень много. И я их часто встречаю. Например, на блошином рынке начинаешь разговаривать с человеком, который продает какие-то старинные вещи,— а он родился в лагере. Водитель в маршрутке, или просто человек в вагоне метро видит, что я читаю про ГУЛАГ, и начинает рассказывать про свою жизнь. Вот эта близость каждый раз меня поражает».

Факт: Многие места захоронений не выявлены, где они находятся — неизвестно. Что касается имен, то даже в Москве нет полных данных обо всех расстрелянных и закопанных на «полигонах».

Роман Романов, директор Музея истории ГУЛАГа:
«Мы до сих пор не знаем всех мест массовых захоронений. У нас есть спецобъект "Коммунарка", Бутовский полигон — известные географические точки, но мы до сих пор не знаем до конца, кто там захоронен. И еще есть огромное количество мест, которые вообще неизвестны. Там лежат десятки тысяч, сотни тысяч наших сограждан. Казалось бы, сегодня — XXI век, Россия строит свое будущее… Но даже в Коммунарке, на территории Новой Москвы, мы только в прошлом году закончили исследования и выявили места массовых захоронений. Прямого указания от правительства — выявить места массовых захоронений — нет. Это все делается по инициативе людей в регионах. Более того, они сталкиваются с препятствиями: возбуждаются административные дела под разными предлогами либо людям прямо говорят, чтобы они перестали заниматься поисками. Все это противоречит концепции государственной политики по увековечению памяти жертв политических репрессий. Для нас сейчас это большая цель — выявить все места массовых захоронений».

Факт: Сталин лично курировал весь документооборот, касающийся репрессий. Он не только подписывал разрешения увеличить расстрельные списки, но даже указывал, какие процессы освещать в прессе.

Роман Романов, директор Музея истории ГУЛАГа:
«Все процессы вокруг приказа №00477 курировал лично Сталин. Даже мелкие вопросы — например, про освещение в прессе показательных процессов. На самом приказе №00447 нет подписи Сталина, это дело рук Ежова. Но понятно, что Ежов лишь исполнитель. А вот все остальные шифрограммы, которые касались этого приказа, приходили лично Сталину, и он подписывал все, даже про незначительные вещи. И все проходило через главу государства. Его визы были в том числе на таких кровавых документах, как "тысяча человек расстреляны, дайте лимит еще на 500". Поражает, что над репрессиями был такой чиновничий аппарат, и один человек все это курировал. Репрессивный механизм, который управлялся одним человеком».

Факт: У репрессий была имущественная сторона: нажитое «врагами народа» имущество можно было отнять и оставить себе. «Чистка» превратилась в мародерство.

Оксана Труфанова, юрист, автор книги «Большой террор в Челябинской области»:
«Поражают факты вымогательства. Когда следователь НКВД, уже зная, что человек обречен, будет расстрелян, обещает ему лучшую участь, если его родственники принесут ему деньги или одежду. Люди пишут семьям, просят высылать на имя следователей "валенки теплые", "30 рублей денег", а через три дня их расстреливают. Такое было с челябинцем Иваном Чевардиным, которого расстреляли как "врага народа" в 1938 году. Также мне рассказывала малолетняя узница Акмолинского лагеря жен изменников родины (в Казахстане.— “Ъ”), которая сейчас живет в Израиле, что то же самое было в Минске. Жена на имя следователя носила передачки мужу, а муж уже был расстрелян. То есть это был способ заработка».

Факт: Судьи и члены особых троек НКВД могли заявить, что человек, попавший под репрессии, невиновен. Но их карьера в дальнейшем резко обрывалась.

Факт: Особые тройки НКВД отправляли людей на смерть и в лагеря, даже не вчитываясь в материалы дела. Судебный процесс мог длиться меньше минуты.

Историк, исследователь архивов Константин Богуславский:
«Генпрокурор СССР Роман Руденко — главный гособвинитель от СССР на Нюрнбергском процессе — на заре карьеры был прокурором особой тройки. 24 сентября 1938 года "тройка" Руденко в Сталинской области (позже — территория Донецкой области УССР.— “Ъ”) рассмотрела 672 дела, приговорив 531 человека к расстрелу и 141 к заключению в лагеря. Изучить и вынести решения по такому количеству дел за один рабочий день невозможно даже теоретически. Даже если тройка работала десять часов, то все равно они не могли рассмотреть каждое дело — это 67 дел в час. Я обнаружил несколько томов c актами об исполненных расстрелах. Записи гласят: "Смерть констатировал прокурор. Труп предан земле". Под каждым актом — личная подпись Руденко. То есть он не только приговаривал людей к смерти, но и был участником расстрела. Сейчас у Генпрокуратуры есть ведомственная медаль имени Руденко, которой награждают за безупречную службу».

Факт: Реабилитацией жертв репрессий занимались те же люди, кто отправлял обвиняемых в ссылку и на расстрел.

Сергей Прудовский, исследователь архивов, автор книги «Спасская красавица» о его репрессированном деде и «харбинской операции» НКВД:
«Когда я стал знакомиться с делом дедушки, то получил из архивов справку о его реабилитации за 1955 год, которая была подписана председателем Военной коллегии Верховного суда Чепцовым. Это оказался тот же Чепцов, который участвовал в судебном заседании по делу деда, приговоренного в 1941 году к 15 годам лишения свободы в исправительно-трудовом лагере. Тогда Чепцов был военным юристом первого ранга».

7.07.1941. Из приговора агроному Степану Кузнецову: «Предварительным и судебным следствием установлено, что Кузнецов являлся участником а/с (антисоветской.— “Ъ”) организации на КВЖД, по заданию которой проводил подрывную деятельность против СССР. Кроме того, он был завербован японской разведкой и проводил шпионскую работу против СССР». Среди подписей: член Военной коллегии Верховного суда СССР военный юрист первого ранга товарищ Чепцов.

22.07.1955. Справка. «Приговор Военной коллегии от 7 июля 1941 года в отношении Кузнецова С. И. по вновь открывшимся обстоятельствам отменен, и дело за отсутствием состава преступления прекращено». Председательствующий Военной коллегии Верховного суда СССР А. Чепцов.

https://www.kommersant.ru/doc/4551144?from=main_spec
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments