b_n_e (b_n_e) wrote,
b_n_e
b_n_e

"Пятая колонна — это коррупционеры и казнокрады"

"Пятая колонна — это коррупционеры и казнокрады"

О том, кого в России можно назвать пятой колонной, насколько наше общество знает само себя и каков его культурный геном, рассуждает член-корреспондент РАН, заместитель директора Института психологии РАН Андрей Юревич.

— На круглом столе, посвященном 15-летию Владимира Путина в Кремле, прозвучала мысль, что консолидация большей части общества вокруг присоединения Крыма одновременно привела к отслаиванию либерального меньшинства, среди которого — образованные люди с европейским мышлением, предприимчивые, энергичные, очень нужные стране. Эти люди все больше чувствуют себя в России чужими, на них навесили ярлык "пятая колонна" Вы видите в этом социальную проблему?

— Да, вижу. И отношение к этим людям как к "пятой колонне" не всегда справедливо. Среди них, конечно, есть разные личности, в том числе малоприятные, а также находившиеся у власти в девяностые годы и оставившие о себе не очень хорошую память.
Но есть и истинные патриоты России, ее любящие и искренне за нее переживающие. Их позиция в отношении Крыма — "нам следует заботиться, прежде всего, о живущих в нашей стране, и не надо лезть на рожон, обостряя международные отношения" — наверняка не понравится многим, особенно тем, кто считает, что миссия России – защита русских во всем мире. Но можно ли ее считать антироссийской и непатриотической?

Люди понимают патриотизм по-разному, на что имеют полное право. Нам следует привыкнуть к тому, что существуют разные виды патриотизма, в том числе патриотизм критический. Он проявляется в критике происходящего в нашей стране, направленной не на то, чтобы ее очернить, а на то, чтобы сделать лучше.

Кроме того, важно различать истинный патриотизм и псевдопатриотический идиотизм, а также распознавать людей, которые прикрывают отсутствие истинного патриотизма патриотической фразеологией.
Трудно, например, считать патриотом человека, который повсюду кричит о своем одобрении присоединения к России Крыма, но при этом ведет компрадорский образ жизни и львиную долю своих сбережений вкладывает отнюдь не в Россию. Таких людей у нас немало, и именно они очень любят зачислять других в "пятую колонну".
Вообще, это выражение уместнее применять не к инакомыслящим, а к коррупционерам, казнокрадам, разрушителям отечественной науки, культуры и системы образования, наносящим реальный урон нашей стране.

— Если коснуться поколенческих проблем, можно ли в российском обществе выделить определенные возрастные группы, обладающие типичными для них мировоззрением, системой ценностей, психологией… Справедливо ли, например, разделять тех, чье формирование пришлось на 90-е годы, и тех, кто родился уже после распада СССР?

— Разные поколения имеют мировоззренческие, ценностные и другие различия в любом обществе, даже в не переживающем резких социально-политических и экономических изменений. У нас на такие естественные различия поколений накладываются различия, обусловленные тем, что разные поколения сформировались в совершенно различных социальных условиях, при разных режимах. А менталитет "детей 1990-х" специфичен еще и тем, что их формирование пришлось на переходные годы, характеризовавшиеся сильной криминализацией общественной жизни, слабой государственностью и так далее.

Но, когда мы говорим о поколениях, нельзя забывать о том, что они состоят из конкретных людей, которые подчас сильно различаются между собой. В результате по своему психологическому складу человек может быть больше похож на кого-либо из своих далеких предков, чем на кого-нибудь из современников.

— По каким еще линиям идет расслоение – образование, уровень доходов, сфера занятости?

— По всем, но больше всего оно проявляется в мировоззрении, уровне притязаний, нравственных и других психологических качествах.

Некоторые исследователи констатируют в нашем обществе и такое явление, как эйджизм — негативное отношение поколений друг к другу, хотя, конечно, и примеров прекрасных взаимоотношений между поколениями у нас предостаточно.

А по уровню образования наша молодежь формально превосходит старшее поколение – главным образом потому, что сейчас высшее образование получить значительно проще, чем в советские годы. Вузов стало гораздо больше, и в них поступают более 80% выпускников школ, в то время как в советские годы — лишь порядка 20%. Но качество образования, по общему признанию, существенно снизилось. Изменился и преобладающий характер образования: в советские годы – преимущественно инженерно-техническое, сейчас – юридическое и финансово-экономическое. Нынешний молодой россиянин хорошо знает законы (и как их обходить), но не всегда отличает Толстого от Достоевского и может не знать, кто был первым в мире космонавтом.

По уровню доходов молодежь сейчас тоже превосходит старшее поколение – в отличие от большинства стран, где доход в целом пропорционален квалификации, трудовому стажу, опыту работы и заслугам перед обществом. Но думаю, что со временем эта в целом аномальная ситуация изменится.

Что касается сфер занятости, то молодые чаще предпочитают "офисные" виды деятельности и охотнее занимаются бизнесом. При этом опросы последних лет показывают, что основная часть молодежи наиболее привлекательной считает карьеру государственного чиновника. Причины, наверное, понятны: заработать можно не меньше, чем в бизнесе, а риски гораздо меньшие.

— В феврале Андрей Кончаловский выступил на экономическом факультете МГУ с докладом "Культурный геном нации". Его основная мысль – мы себя не знаем, а без этого невозможно построить эффективную экономику. Вы согласны с такой оценкой?

— Наполовину. Согласен в том, что экономика, общественная жизнь и система социальных институтов в любом обществе должны строиться с учетом национального менталитета, а игнорирование особенностей российской ментальности, механический перенос на нашу почву западных моделей привели к их отторжению и множеству негативных последствий. Не согласен в том, что "мы себя не знаем": особенности российского менталитета достаточно известны, и им посвящено много произведений отечественных мыслителей. Впрочем, наш менталитет способен преподносить сюрпризы.

— Возможно, нам как нации необходимо понять и сформулировать свои сильные стороны, чтобы перестать топтаться на месте и пойти дальше. Вы могли бы назвать преимущества российского менталитета, актуальные для нашего времени?

— Не буду "изобретать велосипед", а обращусь к литературе, посвященной этой проблеме. Среди наиболее позитивных качеств россиян в ней выделяются такие, как коллективизм, готовность к самопожертвованию, способность к быстрой мобилизации перед лицом опасности, духовность, упорство…

— А от чего, на ваш взгляд, нам бы лучше избавиться?

— Вновь сошлюсь на источники. В качестве негативных сторон российского менталитета в них указываются неумение работать одинаково хорошо в течение длительного времени, неумение просчитывать результаты своих действий на длительную перспективу, объективно оценивать свои достижения и ошибки, привычка полагаться на "авось", а также на начальство и власть, нежелание самому проявлять инициативу и брать на себя ответственность.

При этом справедливо отмечается, что одни и те же качества имеют и позитивные, и негативные проявления.
Например, коллективизм часто проявляется как патернализм. А некоторые качества при определенных обстоятельствах могут перерастать в свою противоположность, например, долготерпение – в революционность.
В результате мы часто шарахаемся из крайности в крайность, от повсеместных запретов переходим к их почти полному отсутствию, вместо демократии обретая анархию. Но ключевые особенности российского менталитета сформировались исторически. И "избавиться" от них – это примерно то же, что "избавиться" от нашей истории.

— По-моему, у нас не очень умеют эффективно использовать национальные особенности, конструируя социально-экономическое пространство.

— Приведу банальные примеры. Использование одной из негативных особенностей российского менталитета советской экономикой состояло в том, что бюджет СССР в значительной части состоял из доходов от продажи крепких спиртных напитков. Пример использования коллективизма в рыночной экономике – японская корпоративная культура. Хорошо бы и нам ему последовать.

Но главное – не вводить социальные институты и формы взаимоотношений, противоречащие ключевым особенностям национального менталитета. Один из идеологов наших реформ начала 1990-х сказал такую фразу: "если народу не больно, это не реформы". По-моему, все должно быть наоборот: реформы должны не насиловать менталитет, а опираться на его особенности, используя положительные и по возможности нивелируя или компенсируя негативные.

Думаю, что модель экономики, учитывающая особенности российского менталитета, в частности, такую как обостренное чувство социальной справедливости, предполагает национализацию сырьевых отраслей и прогрессивную шкалу налогообложения. Богат должен быть тот, кто изобрел что-то новое и полезное для общества, а не тот, кто преуспел в "распиливании" национального благосостояния. Именно такая модель справедливости в наибольшей степени отвечает российскому менталитету, а не "уравнительная" справедливость, которую ему часто приписывают.

— Как вам кажется, что должно делать государство, СМИ и мы сами как граждане, чтобы снизить уровень бытовой агрессии в обществе?

— Это в первую очередь предполагает такие меры, как декриминализация общества и его массовой культуры; совершенствование законодательства и правоприменительной практики; контроль над СМИ – естественно, не идеологический, а нравственный; внедрение в массовое сознание адекватного понимания свободы — как неизбежно предполагающей разумные запреты и ограничения; выработка объединяющих нацию идей, порождающих доброжелательное, партнерское отношение к окружающим. Все это – задачи государства и СМИ.

А как гражданам нам стоит следовать известному принципу: "не поступай по отношению к другому так, как бы ты не хотел, чтобы он поступал по отношению к тебе". И вырабатывать у себя так называемую "позитивную психологию", основанную на том, чтобы видеть во всем, в том числе в окружающих нас людях, лучшие стороны.

— Если посмотреть на XX век и начало нынешнего, можно ли выделить несколько характерных для этих периодов типов россиян? И как они формировались — естественным образом, или руководство страны вызывало к жизни и поддерживало развитие определенных качеств?

— Да, можно выделить. В психологии есть понятие "модальной личности" — наиболее типичной для данного общества и данного исторического времени. Эта "модальная личность" формируется под влиянием разных факторов, среди которых не последнее место, особенно в тоталитарных обществах, занимает воля властей. Однако не только она, но и многое другое – природно-географические условия, особенности конкретного исторического периода, взаимоотношения с другими государствами, смешение народов и их генотипов, "дух эпохи" и т. п. Описание модальных личностей, да еще по историческим периодам, – предмет для многотомных произведений. Я за эту задачу, конечно, не возьмусь.

Но, сильно упрощая, отчасти иронизируя (ирония – одна из опор классификаций) и сводя все многообразие признаков к общему знаменателю, я бы обозначил нашего типового соотечественника 70-х как "патерналиста", почти полностью зависимого от государства и во всем на него полагавшегося;
времен Перестройки – как "наивного мечтателя", верившего в то, что с помощью простых мер можно сделать нашу жизнь существенно лучше;
90-х – как "человека растерянного", плохо понимающего, что происходит в стране, и не знающего, как адаптироваться к новым реалиям;
2000-х – как "человека разочарованного" — во всем том, что очаровывало его "перестроечного" предшественника;
2010-х – как "своекорыстного государственника", отстаивающего государственные ценности, но не ради общего блага, а ради своих личных интересов (особенно выражен этот психотип среди наших нынешних политиков и чиновников).

— А можете попробовать нарисовать психотип россиянина ближайшего будущего?

— Предсказывать будущее в России – дело безнадежное. Как известно, в ней даже прошлое непредсказуемо. Но, будучи тайным оптимистом, я бы сделал ставку на "человека уравновешенного", сочетающего заботу об общем благе с личной корыстью, любовь к нашей стране с любовью к себе и своей семье, умеренное трудолюбие с любовью к развлечениям и т.п.

При этом в любом обществе сосуществуют несколько модальных типов личности и соответствующих менталитетов. Например, психолог Валентин Семенов выделяет в современной России 4 основных типа менталитета: православно-российский, коллективистско-социалистический, индивидуалистско-капиталистический и криминально-мафиозный, смысл которых, вероятно, ясен из их названия, а также смешанный менталитет, образованный фрагментами этих основных.

— Немалое количество образованных людей полагает, что сейчас у нас вновь началось наступление архаики и дремучести. Жизнь циклична. Как вы думаете, когда можно ждать нового тренда? Когда к власти придет другое поколение?

— Думаю, что "архаика" и "дремучесть" — не совсем удачные характеристики происходящего в современной России.
Все гораздо сложнее и неоднозначнее. Новые тенденции проявляются и будут проявляться регулярно — ведь в условиях глобализации любая страна постоянно меняется вместе со всем человечеством. Однако новое совсем не обязательно лучше старого, в чем мы не раз убеждались в своей истории.

Когда к власти придет новое поколение, изменения наверняка произойдут. Но я совершенно не уверен, что следующее поколение будет лучше прежнего и станет властвовать успешнее. Вообще, для процесса смены элит характерно то, что худшие из представителей прежней элиты, как правило, попадают и в новую. Хотя, конечно, хочется надеяться на лучшее.

Беседовала Татьяна Чеснокова
Подробнее: http://www.rosbalt.ru/main/2015/05/26/1401725.html
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments