Category: экономика

Category was added automatically. Read all entries about "экономика".

а не их!, Мой

Трехшкальное будущее экономики

Трехслойный план спасения путиномики: народ снова за бортом
Хозяйственные мероприятия властей разделились на долгосрочно-утопические, среднесрочно-риторические и краткосрочно-практические.

Принесенная пандемией экономическая реальность стала бытом. Понятно, что наше начальство, переборов растерянность, старается в ней устроиться поудобнее.

И вот на уходящей неделе мы убедились, что обновление хозяйственных подходов закончено. Вожди сформулировали трехслойную экономическую политику, охватывающую решительно все — от текущих решений и до посулов, обращенных к будущим поколениям. В кратком изложении это выглядит так.

1. Стратегия. Утопия стала более скромной, но не менее фантастической.

Фактическую отмену «майского указа»-2018 и замену его декретом, переносящим выполнение нацпроектов и достижение «национальных целей» с 2024-го на 2030-й, часто объясняют обнулением путинских президентских сроков. Но это больше повод, чем причина. Уже к началу поправочной кампании, совпавшей с первыми всплесками эпидемии, треть шестилетки 2018—2024 осталась позади, и полная ее неудача была совершенно очевидной. Не тем, так другим способом суперпланы пришлось бы отменить или, что почти то же самое, перенести в далекое будущее.

Хотя новый указ начинается с привычных громких слов («В целях осуществления прорывного развития Российской Федерации…»), большая часть прежних торжественных обещаний, вроде выхода на пятое место в мире, из него удалена. Но и оставшиеся вполне утопичны. В том числе и главный пункт: «улучшение жилищных условий не менее 5 миллионов семей ежегодно и увеличение объема жилищного строительства не менее чем до 120 миллионов квадратных метров в год».

«Исторический шанс» снова надуть народ
Как и все наши руководители за последние сто лет, Владимир Путин обещает снабдить народ доступным жильем. «У нас есть исторический шанс в обозримые сроки, может быть, впервые за всю историю России решить, кардинально решить жилищный вопрос», заявил он на днях. То, что вождь повторил собственное предписание, провозглашенное в далеком 2012-м («У нас есть исторический шанс впервые за много десятилетий создать реальные условия для решения жилищной проблемы в России»), лишь подтверждает его непреходящий интерес к жилищной проблеме. Следовательно, нынешний перенос ее решения на очередные шесть лет — точно не последний.

Немаловажна и красота подачи нового комплекта посулов. Наше поколение видело «Стратегию-2010», а потом и «Стратегию-2020». Утопичность первой из них выявилась при попытках реализации, а осуществить вторую даже не пробовали. Обещания-2030 логично и, я бы сказал, элегантно продолжают этот славный ряд.

2. Среднесрочные планы. Сочинены, но не рекламируются.

Общенациональный план восстановления экономики (2020—2021) был составлен правительством и вчерне одобрен вождем еще в июне. Публике его не особенно показывают, но, судя по косвенным признакам, он официально принят к исполнению. Выступая этими днями в Думе, премьер Мишустин не раз давал это понять, хотя в детали и не углублялся.

Но из пересказов мы и так знаем, что план рассчитан на два года, разбит на три этапа, включает 500 мероприятий, обойдется в 5 трлн руб. и будет увенчан (во второй половине 2021-го) началом процветания: «выходом на траекторию устойчивого долгосрочного экономического роста, сокращением бедности и увеличением количества граждан с доходами выше прожиточного минимума». Давно знакомые и прекрасные слова, не тускнеющие от многократного повторения.

В Мишустине разглядели преемника
Впрочем, премьер не так уж рвется все это повторять и подробности общенационального плана, особенно его хронологическую разбивку, вовсе не рекламирует. И это мудро. Первый вице-премьер Белоусов вместе с Минэкономразвития и прочими прогнозирующими ведомствами выполнили высочайший приказ и сочинили требуемый документ. Но как все пойдет в реале, никто, разумеется, не знает, да и не может знать.

Ведь многое придется на ходу решать заново, и сотни мероприятий, торжественно записанных в перечень, будут заменены другими, продиктованными меняющейся обстановкой. Среднесрочные планы менее фантастичны, чем долгосрочные, но воображать, что страна два года будет по ним жить, может только особо наивная часть наших начальников.

3. И, наконец, третий слой — текущие управленческие решения. Их и стоит принимать всерьез.

Чтобы понять логику капитанов российских финансов и экономики, надо посмотреть, что происходило во втором квартале этого года, на пике кризиса.

Нефтегазовые доходы федерального бюджета сократились против того же отрезка 2019-го почти на 60%. Это объяснялось не только падением цен, но и сокращением добычи и экспорта, предписанных договоренностями с саудитами. Выручка от нефтеэкспорта вышла 16-летний минимум, а от экспорта газа — на 18-летний.

При этом бюджетные расходы во втором квартале выросли на 38%. Круто увеличились медицинские траты и трансферты регионам, собственные доходы которых резко упали. Начали слегка экономить даже на военно-охранительных расходах. При этом финансирование того, что называют «социальной политикой», выросло несильно. Господдержка потерявших доходы граждан была (и сейчас остается) очень скромной. Даже по официальным подсчетам, реальные располагаемые доходы россиян упали во втором квартале на 8%. А фактически, видимо, существенно больше.

При этом общегосударственные индикаторы даже в эти месяцы оказались не так плохи. Сальдо счета текущих операций (отображающее в первую очередь экспорт и импорт товаров и услуг) во втором квартале осталось положительным (+$1млрд). Отток частного капитала оказался довольно умеренным ($12 млрд). Российские международные резервы (включающие в себя и Фонд национального благосостояния), хотя временами и колебались, сегодня даже выше, чем в начале года — соответственно $574 млрд и $551 млрд.

То есть подкрепленная колоссальными резервами макроэкономическая устойчивость, являвшаяся для Путина абсолютным приоритетом во все годы его правления, сохранена и на этот раз. Ценой оставления без поддержки тех, по кому апрельско-майский локдаун ударил с особой силой: занятых в «сером» секторе, а также и во вполне «белых» торговле и обслуживании.

Никому не известно, быстро или медленно они теперь будут приходить в себя — а это десятки миллионов людей и миллионы замороженных бизнесов. В отличие от «общенационального плана», в котором все гладко, реальное управление в предстоящие месяцы будет иметь дело и с этими, и со многими другими проблемами, включая такие, которые сегодня никто не предвидит.

Экономические власти, скорее всего, намерены действовать том же духе, что и раньше. То есть жертвовать рядовыми людьми, сберегая резервы и пуская их в ход лишь в крайнем случае и по минимуму. И, конечно, с замиранием сердца следить за нефтяными ценами, надеясь, что они не будут так низки, как в апреле.

Исходящий из этих правдоподобных предположений (и сорокадолларовой цены на нефть) прогноз Центра развития ВШЭ обещает в этом году бюджетный дефицит величиной 4,8% ВВП (т.е. больше 5 трлн руб.) при федеральных доходах 16,6% ВВП и расходах 21,4% ВВП.

Предполагается, что дополнительные траты пойдут на поддержку Пенсионного фонда, добавочное финансирование регионов и так называемые антикризисные меры, в основном адресованные большому окологосударственному бизнесу. Обо всем прочем станут заботиться лишь постольку-поскольку, если вообще станут. А бюджетный дефицит профинансируют ростом госдолга, расходованием так называемых остатков на счетах и лишь в совсем уж критической ситуации небольшими зачерпываниями из ФНБ.

Как глубоко в итоге упадут экономика и реальные доходы в 2020-м, можно только гадать. Все это похоже на хирургическую операцию, осуществляемую группой людей различной степени грамотности, преследующих разные цели.

Большинство экспертов считают, что экономика России в этом году потеряет процентов пять или шесть. Но ученые часто меняют свои предвидения. Ничто не мешает надеяться на скорое возвращение в благодатный 2019-й, но шансы, по-моему, невелики.

Тем более — при трехслойной экономической политике, обязанной одновременно обслуживать интересы казенных миллиардеров, алчность хранителей госрезервов, ведомственные плановые мании и «прорывные» высочайшие грезы.

Сергей Шелин
Collapse )
а не их!, Мой

Дынкин С позиции экономики

— Особенно когда еще и товарное производство сокращается?..

— Вы очарованы марксизмом. В том-то и дело, что мир изменился! Сокращение рутинной работы дало прибавку в сегменте креативном. Прежде всего в сфере услуг. Мир экономики сегодня покоится не на товарном производстве, а на оказании услуг.
В ВВП США доля всей обрабатывающей промышленности в 2019 году была менее 11 процентов, сельского хозяйства — меньше 1 процента. А финансы, страхование, лизинг — 21 процент, профессиональные и деловые услуги — 13 процентов, частный сектор здравоохранения — 7,5 процента.
В современной экономике капитал воплощается не только в станках, оборудовании, зданиях, но все больше в виде цифровых платформ, алгоритмов, больших данных. А значит, права интеллектуальной собственности становятся критическими для инвестирования в эти формы капитала. Иными словами, материальное потребление и производства уступают место нематериальному производству и потреблению, основанным на неисчерпаемых и возобновляемых источниках и ресурсах. Прежде всего это креативные и творческие ресурсы, а также альтернативная энергетика.

Вот мы и получаем мир, в котором уже нет смысла покупать машину, потому что ее можно арендовать на любой срок, сэкономив на техобслуживании, хранении и страховании. Это мир, где нет смысла покупать квартиру или дом, достаточно опять же арендовать или даже перевозить с собой по миру, как модульные дома одной датской фирмы. Это иной образ жизни и мысли.
Фетиш материального потребления, который столетиями был главным стимулом зарабатывать, окончательно ушел в прошлое. В России он еще действует, но уже недолго осталось.

— Неужели есть спрос на такое большое количество услуг?

— Если бы его не было, то в числе миллиардеров не оказывались бы владельцы Facebook или Amazon. А небедственное положение Netflix, Yandex и т.д.? В последние 10–15 лет зафиксирован стремительный рост нематериального производства и нематериального потребления.

— А есть ли риск перепроизводства услуг, как в свое время фиксировали перепроизводство товаров?

— Услуга с точки зрения экономики — такой же товар, как и ботинок. Но в отличие от материальных товаров спрос на услуги может расти практически до бесконечности.

Более того, спрос на услуги еще и множится от поколения к поколению: вкус, как известно, приходит во время еды. Это в природе человека — стремление к развитию и совершенствованию, с одной стороны, и жажда развлечений и новых ощущений — с другой. Еще 10–15 лет назад спроса, например, на услуги онлайн-тренера по йоге не фиксировалось.

— Но откуда у населения, оказывающего друг другу услуги, берутся средства, если не действует формула «товар — деньги — товар»?

— Действует формула «услуги — деньги — услуги». Вы заработали деньги как журналист, оплатили ими покупку фильма на Netflix или IVI, а еще услуги связи в МТС, услуги интернет-провайдера, услуги фитнес-центра или индивидуального тренера и др.
В вашей корзине трат услуги сегодня составляют 40–50 процентов. А в кризис и карантин население всех развитых стран обнаружило, что количество вещей в гардеробах, обуви и аксессуаров явно превосходит их потребности. На удаленке столько не надо. А вот услуг требуется, напротив, даже больше. В карантин появились даже новые виды.
Например, народ активно «ходил» онлайн по ведущим музеям мира, слушал лекции — от искусствоведческих до гастрономии, занимался онлайн-фитнесом.

— Но крупные капиталы все меньше инвестируются в товарное производство...

— Действительно, объемы таких инвестиций упали. Деньги всегда были особой субстанцией в мире экономики, а сейчас этот мир и вовсе живет по собственным законам. Сегодня финансы — это, прежде всего, кредит, потому что именно он создает стоимость. Все остальное — инструменты и усложненные формы страхования этого кредита. В какой-то степени они переразвиты и плохо поддаются регулированию (достаточно посмотреть на ситуацию с биткойнами). Но следует воспринимать такую ситуацию спокойно: это очередная, пусть и немного пугающая, веха в развитии.

— Возможно ли, на ваш взгляд, появление квазиденег — для богатых и для бедных? Употребление последних будет ограниченно, как в случае с целями использования материнского капитала...

— Это при социализме были разные деньги: рубль в советском магазине одежды и рубль в 200-й секции ГУМа — совсем разные рубли, а ведь были еще и валютные чеки.

В конкурентной рыночной экономике квазиденьги исключены, хотя продуктовые талоны для хронически безработных имеются и в США. Вообще, в новом мире, базирующемся на оказании и потреблении услуг, роль государства заметно вырастает по сравнению со всеми предыдущими периодами развития человечества.

Еще столетие назад оно не занималось массовым перераспределением благ внутри общества. Сегодня же эта его функция неоспорима и год от года становится все более заметной. Государство, с одной стороны, аккумулирует средства, получаемые в виде разного рода налогов и платежей, а потом «раздает» их на социальные нужды — здравоохранение, образование, оборону, поддержку малоимущих и социально незащищенных слоев населения, пособия по безработице и на вмененный доход.

Последний уже активно опробовали финны: они пришли к выводу, что следить за тем, действительно ли человек потерял работу, обходится бюджету дороже, чем выплата по 500 евро, с тем чтобы затормозить обнищание населения. Вмененный доход будет совершенно точно распространяться по планете.
Хотя бы потому, что, каковы бы ни были его размеры сегодня,— это сущие крохи по сравнению с расходами на образование или здравоохранение.

Collapse )
а не их!, Мой

Rebelión (Испания): концентрация и централизация капитала и утараканивание населения

Rebelión (Испания): концентрация и централизация капитала во времена пандемии
Каким будет мир после пандемии?
06.07.20203399
Хосе Э. Монтойя (José E. Montoya)
Речь идет о процессе накопления капитала в изложении Карла Маркса, то есть о двух тенденциях: концентрации и централизации. Первый термин, концентрация капитала, означает, что происходит накопление капитала за счет увеличения доли реинвестирования прибавочной стоимости.

Второй термин, централизация капитала, заключается в росте размеров капитала в условиях объединений или слияний существующих капиталов. Оба процесса обусловлены усилением конкуренции и увеличением производительности труда.

Первая идея, которую мне бы хотелось развить, связана с тем, что группа технологических компаний способствовала развертыванию того, что мы называем четвертой промышленной революцией, и данные компании стоят в авангарде экономического роста Соединенных Штатов. Взаимодействие стран с данной группой компаний, ниже именуемых технологическими «лидерами», подразумевает зависимость в плане стоимости и технологий для стран всего мира, особенно Латинской Америки. В мире до коронавируса каждый лидер использовал технологические возможности в своей отрасли или секторе экономики для определения векторов развития третьей промышленной революции, а именно легкое, гибкое и адаптивное производство на макроуровне, а также учет предпочтений потребителей «в режиме реального времени» или даже прогнозов, предполагающих будущие желания покупателей. Благодаря «прорывным инновациям» все это приносило сверхприбыль.

Во времена коронавируса такое первоначальное преимущество, которое отражалось в отчетах о больших доходах, сокращалось квартал за кварталом. Такое сокращение спровоцировано не самими технологиями, а основанной на них бизнес-моделью. Вот с чем она сталкивается. Как и Google, Facebook — технологическая компания, однако практически 100% дохода приходится на рекламу. Apple переживает серьезную техническую стагнацию, бизнес-модель основана на экосистеме Apple iOS и Iphone, а из-за зависимости от Китая эффективная цепь поставок компании оказалась под угрозой. Netflix предполагает подписку на использование облака и транслирует потоковую передачу в реальном времени.


Каждый лидер сталкивается с сильными конкурентами в своих сферах деятельности, из-за чего вынужден выкупать конкурентов или объединять существующие компании, например, Apple и Facebook, Facebook и Instagram или Facebook и WhatsApp. Аналогичным образом Apple конкурирует с Huawei и Samsung, а также с экосистемой Android от Alphabet, а Netflix — с Disney +, Amazon Prime, Apple TV и другими платформами.

Их всех объединяет черта, которая отличает от других промышленных гигантов, а именно способность совершить технологический прорыв и шагнуть в новую эпоху «прорывных инноваций», где в первую очередь внимание сосредоточено на искусственном интеллекте и машинном обучении для использования "больших данных" пользователей.
Одним из лидеров процесса накопления нового капитала является Amazon. Именно эта компания наиболее четко следует этому процессу, реинвестирует прибыль, чтобы оставаться лидером, и прибегает к «прорывным инновациям».

Об этом можно судить по предпринимательскому поведению творческого вдохновителя проектов компании — богатейшего человека мира Джеффа Безоса (Jeff Bezos).
Например, сервис Amazon Prime Video позволил ускорить использование роботизации, осуществление планов по применению беспилотников и в целом развитие искусственного интеллекта для автономной логистики.
Использование облака или так называемого Amazon Web Services (AWS) для определения технологической модели новых предприятий также представляет собой компонент, который поменял правила и находится под влиянием других гибких моделей — например, одной из трех базовых моделей Uber — "маркетплейс" (своя ниша на рынке).

Использование искусственного интеллекта в качестве замены человеческой рабочей силы считалось проблемой и откладывалось исключительно из-за совершенствования необходимых технологий. Однако в связи с коронавирусом Amazon посчитал подобное применение неизбежной необходимостью, так как компания уделяет внимание прежде всего достижению эффективности и устойчивости, а на судьбу сотрудников ей наплевать.

В процессе накопления капитала Amazon на фоне коронавируса рабочая сила стала самым слабым звеном из-за возможности сбоев ввиду массового заражения людей или забастовок рабочих. Эта ситуация показала Amazon, что логистика компании останется уязвимой до тех пор, пока она продолжает зависеть от людей, которые работают на складе или занимаются доставкой.

Давайте вернемся к лидерам. Благодаря возможности дистанционного управления цепями и нематериальным активам в мире коронавируса общим результатом действий компаний FAANG стало усиление концентрации капитала беспрецедентного масштаба.
В 2000 году в топ-5 списка Fortune-500 (перечень самых богатых компаний по данным журнала Fortune — прим. ред.) входили отрасли, связанные с традиционным массовым производством или торговлей. Они процвели благодаря принципам фордизма (беспощадной эксплуатации работников на основе конвейерной технологии — прим. ред.) Тут можно назвать General Motors Corporation, Wal-Mart Stores, Inc., Exxon Mobil Corporation, Ford Motor Company или General Electric Company.

Но их успех в прошлом: все эти отрасли тесно связаны с промышленной революцией в нефтехимической и автомобильной промышленности. А на данный момент в топ-5 входят компании, неизбежно связанные с информационной электроникой, выступающей в роли координирующего механизма. Большая пятерка (Facebook, Amazon, Apple, Microsoft и Google) составляет 25% глобальной рыночной капитализации 500 ведущих компаний мира.

Кроме того, как мы уже рассмотрели, рыночная капитализация этих компаний определяет как минимум на 20 — 24% восстановление фондового рынка США, показателем которого является S&P 500.
Устойчивость этих компаний к событиям типа «черный лебедь» (неожиданные глобальные несчастья — такие, как эпидемии или внезапные вооруженные конфликты — прим. ред.), одним из которых стал коронавирус, действительно позволила фондовому рынку организационно капитализироваться в разгар пандемии.
То есть выработать подход, позволивший и при эпидемии настроить нормальный бизнес-цикл. Другим равнозначным по силе стимулом к восстановлению стали действия центральных банков, особенно Федеральной резервной системы США.

В начале статьи высказана идея, что многие из этих тенденций к концентрацию крупных новых и к разорению старых и мелких компаний проявлялись и раньше. Однако коронавирус ускорил темпы развития лидеров и вынудил поколение бэби-бумеров перейти к новой технико-экономической парадигме.

Эту новую парадигму возглавит небольшая группа компаний, которые в основном связаны с контролем и обработкой личных данных людей. Подобный контроль над человеком неизбежно сопровождается гегемонистскими устремлениями США и других западных стран-маток этих компаний на мировом уровне. Данные устремления сложно отрицать, а масштабный контроль над человеком в рамках подобной концепции ведения бизнеса внушает ужас. Достаточно наблюдать, как правительства стран мира добровольно присоединяются к процессу накопления мирового капитала.

Например, во многих странах группа Alphabet, проявляя энтузиазм к чужим делам, получила свободный доступ к педагогической деятельности в Сальвадоре посредством системы Google Classroom.
Есть ли в этом что-то плохое с точки зрения хозяев компании? Нет, напротив. Во времена пандемии для непрерывности процесса обучения такой подход кажется им жизненно важным. Впереди — медленный и безжалостный процесс, который с клинической точностью позволит начальникам целиком составлять схему преподавательской работы.
Для обеспечения данными в реальном времени алгоритмы искусственного интеллекта в ближайшем будущем позволят аккуратно выполнять некоторые скучные и рутинные задачи учителей, например, разделять учеников по степени успеваемости, а то и целиком определять их действия. Последовательное накопление данных может в конечном итоге заменить учебные программы, а потом и самих учителей.
Такова природа концентрации и централизации, действующих в реальном времени во время пандемии: "Имеющий глаза — увидит".

Хосе Э. Монтойя — экономист и профессор Школы экономики Сальвадорского университета
Collapse )
а не их!, Мой

"Зачарована, заколдованна..." Гейтс и впрямь запатентовал глобальную дрессировку?!

Опубликован "дьявольский" патент Билла Гейтса о чипах
Прояснилось, зачем именно они нужны "Майкрософту"

сегодня в 16:09, просмотров: 5901
История с удалением из эфира программы Никиты Михалкова с конспирологическим наездом на Билла Гейтса, желающего захватить мир, вышла весьма шумной. За этим шумом из поля зрения выпало самое главное — что же на самом деле, запатентовал Гейтс "с номером 666"? А ведь идея, изложенная в патенте, который вы нашли и перевели, действительно, гениальна. И это действительно цифровое рабство. Правда, рабство добровольное. Но и отказаться от него слишком тяжело.

Опубликован Алексей Меринов. Свежие картинки в нашем инстаграм
Никита Сергеевич «бесогон» в своей программе смешал в кучу все, что только можно: и число 666, и чипирование через вакцинацию (фонд Гейтса спонсирует разработки вакцин), и криптовалюты и тайное мировое правительство. Однако, если снять шапочку из фольги, можно увидеть рациональное зерно.

Итак, компания Microsoft technology licensing, LLC действительно 26 марта 2020 года получила патент за номером WO/2020/060606. Он опубликован на сайте World Intellectual Property Organization (WIPO) - Всемирной организации интеллектуальной собственности. Поскольку число 666 вы уже разглядели и выводы для себя сделали, двигаемся дальше.

Патент называется «Cryptocurrency system using body activity data», что можно перевести как «Криптовалютная система, использующая данные о физической активности организма».

В чем суть идеи. В патенте это описывается так: «Деятельность человеческого организма, связанная с поставленной перед пользователем задачей, может быть использована в процессе майнинга криптовалюты». Если переводить имеющееся техническое описание на бытовой язык, то выглядит это довольно просто.

Есть вы (пользователь), есть датчик, фиксирующий вашу активность (например, фитнес-браслет) есть ваше устройство (например, телефон), передающее данные на сервер, где «добывается» криптовалюта. Если данные о вашей активности удовлетворяют условиям, установленным криптовалютной системой, то она, как указано в патенте, может «наградить криптовалютой пользователя».

Важный момент. Речь идет не только о физической активности. Предлагается, например, измерять с помощью датчиков магнитно-резонансной томографии кровоток в головном мозге для выявления областей возбуждения и таким образом определять, на какую визуальную информацию вы реагируете (в патенте есть ссылка на соответствующие исследования университета Беркли).

То есть датчики могут быть самыми разнообразными, вплоть до вживляемых чипов. Отсюда, кстати, и конспирологическая идея о чипировании через вакцину. Непонятно, только, зачем так сложно-то? Что мешает запихать наночип в бутылку водки или маринад для шашлыка?

В качестве устройств для передачи данных на сервер в патенте указаны не только телефоны, планшеты, ноутбуки, но и умные часы и смарт-ТВ.

На выходе — привлекательная до невозможности конструкция. Прямо как в рекламе, которую помнит старшее поколение: «Мы сидим, а денежки идут». Ничего не надо делать — подписался на систему, надел умные часы, живешь как прежде и при этом зарабатываешь.

Есть, правда, один нюанс — вознаграждается только «деятельность человеческого организма, связанная с поставленной перед пользователем задачей». Посмотрел одобренную системой рекламу — получил криптокопейку, купил одобренную систему вещь — получил две, остался дома в одобренное системой время — вот тебе крипторубль. Но ведь и не заставляет никто, а как отказаться? Тем более, что и реклама вроде полезная, и вещь нужная, и дома сидеть (например, на карантине) властями рекомендовано. Всё, привет. Ты под управлением, хотя внешне — свободен и самостоятелен.

Заставлять никого не придется. Треть населения планеты уже добровольно живет по правилам, которые диктует Фейсбук — по состоянию на январь этого года число пользователей этой сети составило более 2,5 миллиардов человек. Просто галочку в пользовательском соглашении поставили, забыв про аксиому: если вам что-то предлагают бесплатно, то значит товар — это вы. Все они добровольно согласились получать интересующую их рекламу, интересующие их новости. Что именно их интересует — определяют алгоритмы сети. Наверняка вы замечали, что после ряда поисковых запросов вам начинают показывать рекламу по этой теме. Вы поехали в другую страну — реклама в ФБ в вашем телефоне стала местной. Так формируется наше потребительское поведение.

Жизнь все больше переходит в сеть, мы уже одной ногой в рабстве. По данным исследовательской компании «еMarketer», в 2020 году время, проводимое в сутки человеком за цифровыми устройствами, практически сравнялось с рабочим днем — 7 часов 31 минута (данные по США). За год показатель вырос почти на час. Цифровую зависимость уже внесли в Международный классификатор болезней, в тот же раздел, что алкоголизм и наркоманию.

Так что запатентованная «Майкрософт» идея обязательно будет воплощена. Тихо, спокойно, без шумихи. И народ с радостью, халява же, начнет добровольно цеплять на себя электронные ошейники. Опыт соцсетей это подтверждает.

А теперь — конспирология! Устроенный Михалковым шум позволил отвлечь внимание от патента WO/2020/060606, заставил относится к нему несерьезно. Может Никита Сергеевич на самом-то деле на Гейтса работает?

Collapse )
а не их!, Мой

Многие мечтают оседлать кризисы И лечить инфляцией (напечатав больше бумажек)

В решительности энтузиастов от экономики не упрекнуть
Проблема в том, что раздувание инфляции ради сохранения священных коров власти просто бессмысленно
Но туда уже страну направили
И (судя по адресатам финансирования) под конвоем
---------------------------------
Минобороны, ФСБ и ФСИН выделили 3,1 млрд рублей на борьбу с COVID-19
14 апреля 2020, 14:05
Премьер-министр России Михаил Мишустин выделил Минобороны, Росгвардии, ФМБА, ФСБ и ФСИН 3,1 миллиарда рублей на борьбу с коронавирусом. Об этом говорится в соответствующем распоряжении премьера.

Ранее Мишустин подписал распоряжение, согласно которому сотрудники МЧС РФ, Росгвардии, Росжелдорнадзора и других ведомств имеют право составлять протоколы об административном правонарушении за невыполнение правил поведения при чрезвычайных ситуациях.
Collapse )
==================================
«Кризис выбивает в будущее всю экономику»
Экономист Александр Аузан — о том, как связаны падение цен на нефть и пандемия нового коронавируса?
....
Общественный договор: дороже ли денег?

— У глобального кризиса, очевидно, общие черты для всего мира, но в каждой стране они проявляются по-разному. Не получилось ли у нас наоборот: в январе и феврале были попытки изменить общественные отношения, было заявлено о возможности нового «социального контракта», и тут грянул кризис?

— Не совсем так. Я думаю, серьезные изменения еще впереди. Давайте подумаем, что такое социальный контракт. Это обмен ожиданиями между властью и населением по поводу основных прав собственности и свободы. До сих пор у нас были две формы «брака» власти и народа. Первый существовал с 2000 по 2011 год. Он основывался на том, что власть обеспечивает населению потребительское благосостояние, а люди соглашаются с тем, что вся политика — это вопрос власти. Не нужна власти оппозиция в парламенте — ну и не надо. Или выборы губернаторов: это вроде бы хорошо, но и без этого можно жить. Потому что благосостояние людей росло, покупали квартиры, машины, платили за образование детей, ездили отдыхать в Турцию. И это наступило после дефицитной экономики СССР. Вместо нее построили общество потребления. И все было мирно и хорошо.

Но в 2011–2012 годах такое согласие закончились. И это было видно во время «бунта рассерженных горожан», когда мегаполисы начали протестовать и хотеть странного — демократизации и модернизации. Причем в те годы благосостояние и располагаемые доходы населения все еще росли, и это продолжалось до 2014 года. Власть по-прежнему как бы выполняла свои обязательства в «браке». Но поддержка власти в народе уже начала падать. И тогда власть предложила новый контракт: хотите нематериальных ценностей — получите сверхдержаву.

— И значительная часть населения сказала: «Да!»

— С 14-го года Россия приняла другой тип жизни. Раз мы сверхдержава, это требует жертв. У нас враждебное окружение, против нас 97 государств ввели санкции. Это очень масштабная торговая война. Особенно при том, что мы производим 3 процента мирового валового продукта, а страны, с которыми мы находимся в состоянии торговой войны,— около 50 процентов. В смысле сопоставления экономических ресурсов это очень сомнительное положение.


— Но ведь при этом власть пользовалась поддержкой большинства…

— Давайте не будем забывать заслуги власти: в кризис 2008–2009 годов производство у нас упало на 9 процентов. И правительство во главе с Владимиром Путиным пошло по пути так называемой накачки спроса — были заметно повышены пенсии и зарплаты бюджетников. Мы пережили тот кризис более или менее нормально. В некоторых регионах, где производство упало сильнее всего, пенсионеры стали самыми почтенными и уважаемыми людьми, у них деньги водились, они даже помогали своим детям. И правительство получило с этого не только экономический, но и политический эффект. В 2011–2012 годах, когда бурлили большие города, власть получила поддержку со стороны бюджетников и пенсионеров.

Почему коронавирус сочли опаснее финансового кризиса
Однако доверие к власти упало в 2018 году. С 14-го года у нас постоянно снижались доходы населения. Экономика в 2017-м начала подрастать, адаптировавшись к внешним шокам. У высокодоходных групп общества начались улучшения. А внизу-то люди этого совсем не чувствовали. Ну как же так, кто-то получает сверхдоходы, а у нас денег все меньше, что-то здесь неправильно, несправедливо. Вопрос справедливости давно стоит во втором эшелоне, дышит в затылок. Потому что в целом страна у нас устроена несправедливо. И этот кризис доверия не удалось преодолеть ни в 18-м, ни в 19-м годах. Неудачно проведенная пенсионная реформа недоверие к властям только усугубила.

Collapse )
а не их!, Мой

Новая Газета О ВЛАСТИ, НЕФТИ и МАЛОМ БИЗНЕСЕ

План по спасению нефти
Почему государство расправляется с малым бизнесом под предлогом карантина
Дмитрий Прокофьев
экономист, для «Новой»
Петр Саруханов / «Новая газета»

Решение государственного начальства продлить деловые каникулы ошеломило негосударственный бизнес. Предприниматели рассказывают, как им придется увольнять персонал, а экономисты удивляются мизерным объемам поддержки бизнеса.

Где же деньги, которых в резервном фонде должно быть хоть завались, и почему начальство не хочет поддержать предпринимателей живым рублем, вместо этого предлагая какие-то отсрочки налогов и временные прекращения проверок?

Но у государства своя логика, в которой бизнесу действительно нет места. Больше того — в коллапсе потребительской экономики начальник видит новые возможности.

Бизнес — под ноль
Российские государственные программы спасения бизнеса почему-то принято сравнивать с аналогичными программами в Великобритании, Дании, и даже Польше, где на поддержку потребительского спроса и уровня доходов ассигновано порядка 10% ВВП — где-то чуть больше, где-то чуть меньше. Расчет здесь простой — искусственный паралич экономики на 7‒8 недель, это как раз потеря примерно 7‒8% валового продукта в год.

Российские же объемы помощи экономике, хотя и выросли, по сравнению с первоначальными планами, но все равно находятся примерно на уровне 1,2% ВВП. Причем «раздачи денег» эти планы не предполагают — это кредиты, причем на маленькие суммы, и различные отсрочки налоговых выплат, причем таких, получить которые государство все равно сию минуту бы не могло. Ни НДС, ни НДФЛ — самые «собираемые» налоги — ни сокращать, ни отменять никто не собирается. Неужели начальство действительно решило обнулить негосударственный бизнес?
Collapse )
Официальная доля производства углеводородов и всего, что с ними связано, составляет около 25% российского ВВП. Примерно 30% ВВП дает торговля (да, Россия — страна купцов!), и не меньше половины этого объема обеспечивается — правильно, за счет доходов от углеводородного экспорта. То есть к нефтяному ВВП мы плюсуем еще 15%.

Четверть ВВП составляют государственные расходы, оплачиваемые из консолидированного бюджета, 60% которого обеспечивается за счет налогов на все, связанное с нефтью — НДПИ, акцизы, экспортные пошлины и так далее. Значит, к «нефтяному ВВП» можно смело прибавлять еще 15%.

И еще 10% ВВП можно накинуть на нефтедоллары, за счет которых обеспечивается как дополнительное потребление — все эти дворцы, бутики, салоны красоты и спорткары для топ-моделей, так и невозвратные инвестиции — стадионы, чемпионаты и разные случайные начальственные расходы.

То есть две трети российского ВВП прямо или косвенно генерируется нефтью, газом и всем, что крутится вокруг них. Какой там малый бизнес, о чем вы говорите.

Именно по этой причине государство такой бизнес и не интересует. С точки зрения «нефти и газа» внутрироссийские каникулы не имеют значения — гораздо важнее цена барреля, которая зависит не от деятельности малых предприятий. Эта цена сейчас очень низка, непонятно, когда она вернется к прежнему уровню, и начальство думает, как обеспечить благополучие и уровень потребления десяти тысяч правящих семей, если что-то пойдет совсем не так.
Collapse )
Поделиться с государством
Нет, начальство не боится ни безработицы, ни социального коллапса. А раз не видит в этом угрозы, как объяснял социолог Симон Кордонский, то и не выделяет на это средства. Какие-то деньги у людей есть, пусть они их потратят, рассуждает начальник. Не может быть, чтобы этих денег не было, ведь цены в стране почти одинаково высоки, в отличие от зарплат, но раз покупают, значит, людям есть чем платить.
Collapse )
Если коронавирус так опасен, почему мы не видим каких-то экстремальных расходов на шитье медицинских масок и производство аппаратов ИВЛ? Экстренное строительство больниц в столице — да, но почему нам не показывают, как работают в три смены швейные фабрики и все производственные линии, где можно изготавливать аппараты для вентиляции легких? Пока что борьба с эпидемией сводится к блокаде деловой и социальной активности, которая должна снизить нагрузку на существующую медицинскую инфраструктуру, но увидим ли мы ее действительное расширение? Такое, чтобы на здравоохранение уходило не вдвое больше государственных расходов, чем сейчас?

Программа действий, которую предлагает начальство, вполне понятна и сбалансирована, только не в вашу пользу.

Там, где вы боитесь угроз, начальство видит возможности и будет ими пользоваться.

Вы же еще не уволили сотрудников и не обанкротились? Вот когда уволите и обанкротитесь, будем разговаривать, на каких условиях поможем вам вернуться к деятельности.

Повезет не всем. Вы потеряли работу — ну, давайте смотреть, где и как вы работали раньше? Ах, жили своим трудом и не платили налоги — давайте посчитаем, что тут можно сделать.
Может быть, и место на стройке вас обрадует. Нет денег платить за ипотеку?
Ну столица не резиновая, радуйтесь, что сдадите квартиру банку без доплат, а может быть, вам еще разрешат арендовать ее у банка по рыночной цене.
Привыкли куда-то ездить и работать за наличные?

Для начала поставьте в известность, куда и зачем, а мы подумаем, сколько будет стоить ваше разрешение на проезд. Совершенно официально, никакой коррупции.
Просто люди — вторая нефть, так начальник сказал.
Collapse )
а не их!, Мой

(no subject)

Удивила непривычная схема поддержки
1) Не дотация всем ниже какого-то уровня (чтобы и "средний класс" получил), а каникулы с сохранением зарплаты)
Таким образом один из виновников падения рынка (Сечин) опять получает на порядки больше

2) Идея компенсации за счет % с вкладов
У многих отложено на поминки и похороны
Значит не только инфляция и падение курса рубля съест, но и Путин поможет
И ещё.. Постановление вводится сейчас, а вклады могли быть оформлены давно Как-то на обратную силу применения смахивает

3) Собянинское ущемление прав на бесплатный проезд
Если человек в возрасте решил куда-то ехать то он не катается, а есть причина И в отличии от студентов его причины для поездок могли не исчезнуть
Учить его ехать или не ехать и тем больно насильственно - неуважение и хамство
Не Собянин вводил в 1991 году льготы, а Попов и не Собянину их отнимать
===============
4) Опыт показывает, что временные поборы власти со временем не исчезают
==================================
комментарий к выступлению Путина от профессора экономики Никиты Кричевского.

Вопросы, которые возникли у многих, он систематизировал в своём Телеграм канале и подвесил в воздухе:

1. Нерабочая неделя - что это? Простой по независящим причинам? Дополнительный отпуск? Дополнительные нерабочие (выходные) дни? По каждому пункту зарплата начисляется по-разному.

2. Оплата нерабочей недели возложена на работодателя. Это означает, что через неделю ему придётся повышать цены и тарифы, дабы компенсировать издержки.

3. Банки должны предоставить каникулы или отсрочки заемщикам. Одновременно банкирам придётся доначислять на эти кредиты дополнительные резервы, таковы правила. Нужно дополнять, что это срикошетит на банковские ставки, или и так понятно?

4. Переход с 30% на 15% соцвзносов. Но 30% - это суммарная ставка (22% - ПФР, 5,9% - медицина, 2,1% - соцстрах). Как теперь считать? Пропорционально или ещё как? И откуда брать недостающие средства в дефицитных фондах сейчас и в будущем, когда нынешние работники пойдут на пенсию с уменьшенными лицевыми счетами? Из ФНБ, девальвации, эмиссии?

5. В кризис единственный неубиваемый налог - НДС: прибыли нет, доходов тоже. Но на НДС каникулы не распространяются. Хорошо-то как!

6. Повышение пособия по безработице и.без этого назревало. В то же время практика снятия с учёта и отказа в пособии после трёх предложений сохранилась.

7. Путин не знал, что дивиденды «иностранцам» УЖЕ облагаются налогом в 15%? А способов обойти дополнительный налог - вагон и меленькая тележка?

8. Кто будет оказывать материальную поддержку работающему на двух работах и как считать потери в его доходах? А самозанятым? А ИП?

9. Вклады. С рублевыми вкладами в 1 млн и выше все понятно, их выталкивают на падающий фондовый рынок. А с валютными? Предположим, в январе был оформлен валютный вклад на $15 тыс. Тогда в рублях это было 900 тыс., сегодня почти 1,2 млн. Что делать с валютной переоценкой и к какой категории такие вклады относить - до миллиона или больше? Кто и как будет ловить новых вынужденных «дробильщиков»?

Collapse )
а не их!, Мой

Почему Эр-Рияд спровоцировал падение цен на нефть, и каким видется будущее

Le Point, Франция
Бывший вице-президент национальной саудовской нефтекомпании Aramco Садад аль-Хусейни разъясняет, почему Эр-Рияд спровоцировал падение цен на нефть, и какое будущее ждет нефтяной альянс Саудовской Аравии и России.
Le Point (Франция): Саудовская Аравия может долго противостоять нефтяному кризису
ОПЕК против России
24.03.2020 118070
Армин Арефи (Armin Arefi)
Речь идет о настоящем мировом кризисе, который был несколько задвинут в сторону эпидемией коронавируса. В ответ на падение спроса в связи с распространением вируса Организация стран-экспортеров нефти (ОПЕК) и Россия провели встречу в Вене, чтобы оговорить новое сокращение производства и удержать цены на отметке в 50 долларов за баррель. Вопреки ожиданиям Москва ответила отказом из-за опасения уступить доли рынка американским производителям.
Collapse )
Многие участники мартовского саммита, в том числе Россия и Казахстан, не хотели сокращать производство. Когда в конце совещания они приняли решение не ограничивать производство после 31 марта и отстаивать только собственные интересы, у Саудовской Аравии не осталось другого выбора, кроме как максимально расширить производство, с целью восстановить и защитить свои позиции на нефтяном рынке.

— Саудовская Аравия ожидала, что Россия откажется сократить производство?

— Насчет позиции России не было ясности, но она в любом случае не демонстрировала никакой поддержки стратегии дополнительного сокращения предложения со стороны ОПЕК и ОПЕК+.

— Стало ли это концом нефтяного альянса Саудовской Аравии и России?

— У России и Саудовской Аравии есть общие стратегические и экономические цели. Хотя их альянс может временно оказаться в подвешенном состоянии, их общие интересы неизбежно вновь объединят их в будущем.

— Эта жесткая мера была направлена в том числе и против других стран?

— Принятое решение было направлено на нефтяной рынок в целом. У Саудовской Аравии было два маркетинговых варианта. Либо защищать прибыль всей отрасли путем сокращения спроса, либо расширить свою долю рынка, забыв о прибыли, тем более что Эр-Рияд не получил поддержки других стран-производителей. Раз Саудовская Аравия производит нефть по самой низкой себестоимости, она выбрала стратегию защиты долей рынка вне зависимости от требуемой для того цены барреля. Хотя все это не способствует конкуренции, низкие цены на энергоносители играют на руку мировой экономике и ускорят ее восстановление в долгосрочной перспективе.

— Разве другая цель Саудовской Аравии не заключается в ослаблении американских компаний, которые добывают сланцевую нефть и газ?

— Многие сланцевые предприятия будут затронуты снижением цен на нефть, но они в этом не одни. Ситуация отразится и на других производителях: глубоководных офшорных месторождениях, операциях в Арктике, месторождениях в битуминозных песках, биологическом топливе, которое опирается на вырубку лесов и плантации сахарного тростника.
— Ждет ли Саудовская Аравия ответа от США и их производителей сланцевой нефти?

— США давно призывают Саудовскую Аравию добывать и продавать нефть по правилам свободного рынка, чем королевство и занимается в текущих обстоятельствах.

— Не опасна ли это игра для самой Саудовской Аравии, учитывая, что падение цен на нефть очень сильно отражается на ее собственном бюджете?

— Саудовская Аравия уже придерживается стратегии сокращения зависимости от экспорта нефти. У нее достаточно финансовых резервов и альтернативных экономических решений, чтобы пережить бурю с низкими ценами на нефть.

— Не угрожает ли это решение экономической программе наследного принца Мухаммеда бен Салмана «Видение 2030», которая отчасти опирается на нефтяные доходы королевства?

— «Видение 2030» — это комплексная программа, которая нацелена на диверсификацию доходов королевства с помощью множества возможностей для экономического роста с опорой на внутренние и иностранные инвестиции. Ее реализация не оказалась под угрозой в текущих условиях и пользуется значительной поддержкой как внутри королевства, так и за его пределами. Значительный объем производства нефти и газа сам по себе предоставит новые профессиональные возможности и создаст перспективы для развития и расширения инфраструктуры услуг по всему королевству.

— Падение цен на нефть подрывает перспективы выхода на биржу национальной компании Aramco, который является одним из столпов «Видения 2030»?

— Большинство покупателей акций Aramco считают нефтяную отрасль долгосрочной инвестицией. Aramco остается надежной и стабильной компанией с огромными ресурсами, профессиональной рабочей силой и полной поддержкой правительства, которое является одновременно акционером компании и одним из главных участников мировой экономики. Aramco остается лидером мировой энергетики с точки зрения физических и коммерческих активов.

— Саудовская Аравия сможет долго выдержать кризис цен на нефть?

Саудовская Аравия может долго существовать при текущих ценах, намного дольше, чем другие производители, которые конкурируют с Aramco на мировом энергетическом рынке.

Collapse )
а не их!, Мой

Пересидеть не получится, но они выживут, а что делать остальным — они не знают.

Мрачные предсказания сбылись. Как жить дальше?
Многие удивятся, но российские госфинансисты еще полгода назад довольно точно изобразили нынешний экономический обвал.

Пересидеть не получится, а что делать — они не знают.

Сергей Шелин Обозреватель ИА «Росбалт»
Центробанк в пятницу на ежемесячном совещании постановил оставить ключевую ставку такой, как была. Хотя часть экспертов призывала ее поднять, чтобы притормозить девальвацию рубля, инфляцию и отток капиталов, а другая часть умоляла эту ставку, наоборот, понизить, дабы смягчить падение экономики и ослабить дефицит денег.

Возможно, ЦБ таким способом подает сигнал, что выбирает золотую середину. Но скорее это просто оцепенение от того, что происходит вокруг.

Тем более интересно сегодня вспомнить, что еще прошлой осенью, публикуя свои экономические сценарии на 2020 год, Центробанк в одном из них (так называемом рисковом) довольно правдоподобно изобразил то, что мы сейчас видим.

Я написал тогда, что, по моему впечатлению, центробанковским аналитикам именно «рисковый» сценарий интереснее всех остальных: ведь в него «заложена гипотеза, что в начале 2020 года грянет всемирный экономический кризис, все полетит кувырком, нефть рухнет и дальше уж придется с этим жить…»

Годовая цена барреля Urals на 2020-й в этом варианте прогнозировалась около $20—30 (уровень 2001-го — 2003-го); импорт сокращался на треть; инфляция поднималась до 8%; прогноз реальных доходов населения не публиковался, но из смежных цифр вытекало их снижение в 2020-м на 4%; глубина девальвации рубля наверняка подсчитывалась, но до сведения публики не доводилась даже в форме намеков.

Эти довольно проницательные рассуждения были приправлены придворным лукавством: трудности, дескать, будут немалые, но, во-первых, все-таки терпимые, а во-вторых, не очень долгие — уже через год привычная жизнь начнет восстанавливаться. Думаю, что менее утешительные соображения глава нашей державы в качестве читателя № 1 просто не принял бы.

Итак, в российских финансово-экономических ведомствах не догадывались о коронавирусе, но вполне догадывались о кризисе. Осталось выяснить, готовы ли они сейчас столкнуться с тем, что предсказали.

1. Дешевая нефть. Это ведь не просто уменьшение импортных доходов. Приблизительно $30 за баррель Urals (а в эту среду цена опускалась аж до $19) — уровень, ниже которого значительная часть российской нефтедобычи через год—два начнет необратимо сворачиваться по причине нерентабельности. Заметная доля американского сланцевого производства тоже. Но, во-первых, не все. А во-вторых, при новом подъеме нефтецен его быстро восстановят и нарастят, как это уже случилось в 2017-м — 2019-м.

Станет ли прежним мир после эпидемии?
Можно, конечно, как сейчас начинают говорить, кинуться в ножки саудитам и опять вступить с ними в картель, согласившись всерьез урезать собственную добычу. Однако пока идет эпидемия и падает спрос на горючее, никакой картель не сделает дешевую нефть дорогой, хотя, возможно, и прибавит десяток долларов к нынешней цене.

Не говоря о том, что сплетники шепчут о каком-то альтернативном нефтяном картеле США — Саудовская Аравия, который приподнимет нефтяную цену, но займется планомерным выдавливанием российского топлива с мирового рынка.

При любом повороте событий, даже та частичная нефтегазовая благодать, которой в последние несколько лет пришлось довольствоваться нашему режиму, уже не вернется ни через год, ни через два. Правила будут другими. Какими именно, гадать рано.

2. Девальвация. Российские власти не только не могут, но и не хотят вернуть рублю прежний его вес. Да, ослабление национальной валюты — это всплеск инфляции и снижение уровня жизни. Но в нынешних условиях только полегчавший рубль дает им шанс свести государственные расходы с доходами.

Поэтому действия наших госфинансистов сейчас именно такие, как прописано в их «рисковом» сценарии. Они ежедневно продают на открытом рынке умеренный объем валюты, где-то $50—100 млн, смиряясь с девальвацией, но надеясь не допустить падения курса ниже 80—90 за доллар и избежать паники, сопутствующей слишком уж резкому обвалу рубля. В «рисковом» сценарии как раз и было заложено уменьшение международных резервов в 2020-м на $35 млрд (всего на 7%). Именно такие темпы трат определенно имел в виду министр финансов Силуанов, когда рассуждал о шестилетних и даже десятилетних запасах денег.

В Госдуме спорят о том, как тратить «заначку»
Такие действия по-своему логичны, хотя и потянут за собой более серьезное снижение уровня жизни, чем заложено в «рисковый» сценарий. Но даже это сработает только при условии, что на дворе будет экономический кризис обычного типа, не обремененный эпидемической паникой, пресечением торговли и производства из-за карантинов, а также прочими непредсказуемыми сюжетами, способными возникнуть, если, например, пандемия пойдет несколькими волнами.

Следовательно, от российских финансовых и экономических властей требуются какие-то неплановые и «несценарные» шаги, промедление с которыми может стать бедствием. И видно, что эти шаги пока что ими не придуманы. Или придуманы, но не согласованы на самом верху.

3. Неплановые и «несценарные» действия нужны сейчас от всей машины управления. На словах ее противоэпидемические обещания выглядят более-менее разумными или хотя бы похожими на то, что предпринимают в других странах. Но при переходе от слов к делам картина круто меняется. Вот только несколько препятствий:

а) Суперцентрализация и засилье контрольных органов. Все решения принимаются наверху и, следовательно, с опозданием. Даже те немногие администраторы на местах, у которых еще остался вкус к инициативе, панически боятся ее проявить. Армия сотрудников контрольно-надзорных служб ничего не способна организовать, но успешно блокирует любую активность.

б) Отрыв от реальности повестки высшей власти. Ее погруженность в поправочно-обнулительные и юбилейные начинания нисколько не слабеет. Помимо многого прочего, на эту ее отрешенность от жизни завязано нежелание системы заменить старый и потерявший смысл бюджет кризисным, организовать оперативную материальную помощь людям, потерявшим доходы, и хотя бы выключить агитмашину, которая дезориентирует, разобщает и озлобляет народ.

в) Откалиброванность системы на изоляцию от внешнего мира, защиту привилегий высших классов и импортозамещение. Отсюда блокирование ввоза тест-систем, сохранение безумных лоббистских запретов на импорт продовольствия, старания сановных и богатых отгородиться от рядовых граждан, бездеятельность и лживость чиновничества.

Трагикомизм нынешней нашей ситуации в том, что она не совсем сюрприз: начальство с подачи грамотной части своих аналитиков вполне допускало кризис в этом году.
Однако рассчитывало просто переждать непогоду, слегка прижав подданных. Но сейчас, когда «рисковый» прогноз сбылся, выясняется, что пересидеть не получится.
А делать ничего не умеют.
Collapse )
а не их!, Мой

Человек не на своём месте

Сечин прогнозирует стоимость нефти на уровне $60
Главный исполнительный директор «Роснефти» Игорь Сечин прогнозирует стоимость барреля нефти на уровне $60 к концу года в случае ухода с рынка сланцевой нефти. При этом нефтекомпания, по его словам, может вести добычу на текущем уровне 22 года без дополнительных вложений в разведку. Он считает, что ОПЕК+ утратила свое значение, а Россия должна сохранить долю на рынке.

«Рынок откорректируется, и я думаю, что достаточно быстро. В течение полугода мы увидим уже те изменения в более стабильном, правильном направлении. К концу года, я предполагаю, что цена может вернуться на уровень до $60 при условии, что будет выход сланцевой нефти с рынка», — сказал Сечин журналистам (цитата по ТАСС).

Он не считает, что существующие цены драматичные, но они не приносят большой радости.

Глава «Роснефти» утверждает, что нефтекомпания может вести добычу на существующем уровне 22 года без дополнительных вложений в разведку, при этом не будут снижаться объемы добычи. По его словам, себестоимость добычи у «Роснефти» составляет $3,1 за баррель.

Кроме того, в эфире телеканала «Россия 24» Сечин сказал, что ОПЕК+ уже утратила свое значение и сейчас на рынке работают другие факторы — политические, санкционные, пандемия коронавируса, рынок потребления и стагнация экономики. Он рассказал, что пока Россия снижала добычу по соглашению ОПЕК+, США стали первыми в мире по добыче нефти, чего никогда не было.

Смысл есть в том, чтобы сохранить долю рынка потребления. Вот если вы отдадите свою долю рынка, вы больше никогда туда не вернетесь.
Игорь Сечин (цитата по «РИА Новости»)

Напомним, цены на нефть с начала марта упали почти в два раза из-за коронавируса, отказа от сделки ОПЕК+ и наращивания добычи Саудовской Аравией. Ранее глава «Роснефти» рассказал, что нефтекомпания не занимается демпингом цен.
Collapse )